Последний суд Беслана — Медиазона
Последний суд Беслана
Тексты
14 октября 2014, 22:36
3032 просмотра
Мемориальное кладбище «Город ангелов» в Беслане, где похоронены жертвы теракта 1 сентября 2004 года, сентябрь 2014 года. Фото: Евгений Биятов / РИА Новости

Страсбургский суд провел открытую часть слушаний по иску «Матерей Беслана» к России, видеозапись этой части заседания во вторник обнародовали на официальном сайте суда. 447 заявителей уверены, что силовые структуры заранее обладали информацией о подготовке теракта, но не предприняли необходимые меры для защиты мирного населения. Кроме того, заявители и их защитники считают, что власти России не проработали должным образом план освободительной операции, что повлекло чрезмерные риски для жизни заложников.

Ранее в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) были переданы шесть исков от имени потерпевших в результате теракта в Беслане десять лет назад. Заявители уверены, что в результате захвата заложников и во время операции по их освобождению российские власти нарушили основные права человека.

«Теракт должен был быть предотвращен»

Захват заложников в бесланской школе № 1 произошел 1 сентября 2004 года. По словам очевидцев, около девяти часов утра у здания школы остановился военный грузовик, из которого один за другим выпрыгивали люди, стрелявшие в воздух и кричавшие «Аллах Акбар!». Несколько десятков террористов согнали собравшихся у школы людей в спортзал. В плену оказались 1127 человек, среди них которых были младенцы, школьники, их родители и учителя.

Семьи погибших и пострадавших, обратившиеся в ЕСПЧ, уверены, что местные органы власти не предприняли должных мер для предотвращения теракта, хотя знали о возможной угрозе знали заранее.

По информации, опубликованной в 2009 году в «Новой газете», в августе 2004 года о готовящемся теракте был уведомлен начальник отдела собственной безопасности североосетинского МВД Казбек Мамаев. В рапорте, переданном ему, говорилось, что от осведомителя была получена информация о лицах, планирующих совершить теракт.

«Подобный вывод источник сделал после случайно услышанного разговора фигурантов, в котором они говорили о том, что «жалко детей, они ни в чем не виноваты, но сделать это надо». По словам источника, в разговоре также речь шла о сроке приблизительно до 10 августа, кроме того, еще шла речь и о Владикавказской телестудии», – отмечалось в рапорте, переданном Мамаеву и спустя несколько лет оказавшемся в распоряжении редакции «Новой газеты». Помимо этого, по данным издания, были и другие сведения о готовящемся теракте: 1 сентября 2004 года в 5 часов утра в чеченском городе Шали был задержан некий Арсамиков, рассказавший силовикам, что в Беслане планируется захват школы.

31 августа 2005 года на сайте боевиков «Кавказ-центр» появилось сообщение, автором которого якобы был Шамиль Басаев, один из организаторов захвата заложников в Беслане. В послании говорилось, что российские спецслужбы не предотвратили теракт, полагая, что 6 сентября боевики готовят захват правительственного комплекса Северной Осетии. Согласно этой версии, террористам был открыт коридор для сбора разведданных, чем и воспользовались боевики.

Установить, является ли это сообщение подлинным, не представляется возможным.

По данным юристов правозащитного центра «Мемориал», представляющих интересы заявителей на сегодняшних слушаниях в ЕСПЧ, «федеральные силовики предупредили региональную власть о риске теракта и возложили обязанность по его предотвращению на местную милицию». При этом, для предотвращения угрозы нужно было задействовать и федеральные силовые структуры, считают представители пострадавших.

«Вторая статья Европейской конвенции о защите прав человека – право на жизнь. Это право, которое государство должно гарантировать, и, соответственно, этот теракт должен был быть предотвращен, должны были быть предприняты должные упреждающие действия», – отметила в своем интервью изданию «Радио Свобода» сопредседатель общественной организации «Голос Беслана» Элла Кесаева.

Переговоры с террористами провалились

Сведения о захвате заложников в бесланской школе были быстро переданы федеральным властям и в течение всего дня в Беслан прибывали части 58-й российской армии из Владикавказа. Вскоре к ним присоединились спецподразделения «Альфа» и «Вымпел». В местном Дворце Культуры был организован временный штаб. Власти, в том числе представители местной администрации, на протяжении длительного времени сообщали, что террористы удерживают в заложниках всего 300 человек.

Несколько человек, занимавших публичные должности, вызвались стать переговорщиками с террористами. Как позже рассказывал один из добровольцев, экс-президент Ингушетии Руслан Аушев, свои требования боевики передали ему на листе, вырванном из школьной тетрадки.

Руслан Аушев после переговоров с террористами, 2 сентября 2004 года. Фото: Григорий Сысоев / ТАСС

«Я помню эти требования: остановить войну, вывести войска из Чечни, Чеченская Республика входит в СНГ, остается в рублевом пространстве, Чеченская Республика вместе с федеральными силами наводит порядок на Кавказе», – вспоминал Аушев. Он, по его собственным словам, передал эти требования в штаб, а штаб должен был передать их в Москву. Между тем, переговоры позволили вывести из захваченного здания школы несколько человек, однако террористы согласились отпустить значительную часть заложников лишь при условии, что им дадут вступить в переговоры с высокопоставленными российскими чиновниками. Одной из таких кандидатур на переговоры стал тогдашний глава Ингушетии Мурат Зязиков, который, впрочем, в Беслан так и не приехал. Позже он рассказал, что от встречи с боевиками его отговорил лично президент Владимир Путин.

По словам родственников погибших и пострадавших в результате захвата заложников, переговоры с террористами в Беслане не велись длительное время, а затем переговорный процесс был сорван, что позже и привело к многочисленным жертвам. В 2008 году потерпевшие передали генпрокурору Юрию Чайке письмо, в котором потребовали возбудить уголовное дело лично против Владимира Путина, занимавшего тогда пост премьер-министра страны. В документе отмечалось, что в течение двух с половиной дней оперативный штаб «не обеспечил явку предложенных к переговорам государственных чиновников на место».

Спецоперация и танки

Заложники удерживались в здании школы до 3 сентября. За это время террористы расстреляли несколько десятков человек, преимущественно мужчин. В середине дня здание школы потрясли два взрыва, последовавшие один за другим. В стене спортзала образовался пролом, часть заложников сумела выбраться через него. Что стало причиной взрыва доподлинно неизвестно до сих пор. В здании школы вспыхнул пожар.

Представители общественных организаций «Матери Беслана» и «Голос Беслана» утверждают, что при штурме школы, когда в здании вместе с террористами находились заложники, включая детей, использовалось оружие неизбирательного действия – танки, огнеметы и гранатометы.

По словам очевидцев, в здании школы царил хаос – спецслужбы не смогли должным образом провести спецоперацию, заложники гибли под завалами, образовавшимися в результате взрыва, часть из них была убита террористами.

«Матери Беслана» обвиняют власти в том, что в течение 2 часов 20 минут пожарные не тушили горящую крышу школы, что привело к дополнительным жертвам. Не был должным образом проработан план операции по освобождению заложников.

В ходе публичных слушаний в ЕСПЧ, представлявшие интересы потерпевших Кирилл Коротеев и юрист Европейского центра защиты прав человека (EHRAC, Лондон) Джессика Гаврон отметили, что при освобождении заложников «не было четкой координации действий в рамках оперативного штаба и других задействованных структур», в частности, не были учтены все риски для заложников.

Российские власти, в свою очередь, опровергают применение танков во время спецоперации по спасению заложников. Так, замгенпрокурора Николай Шепель в 2005 году объяснил, что танки применялись только после того, как в здании школы, захваченной террористами, не осталось ни одного заложника. Он также опроверг сведения, что в ходе операции в Беслане применялось запрещенное международными конвенциями оружие. По его словам, использовавшееся военными в спецоперации в Беслане оружие — реактивный пехотный огнемет (РПО-А) «Шмель» — не могло стать причиной пожара в школе.

Военный возле здания школы № 1 в Беслане, 2 сентября 2004 года. Фото: Григорий Сысоев / ТАСС

Никто не наказан

В результате захвата заложников в Беслане, погибли 334 человека, в том числе 186 детей, а также 10 бойцов спецназа ФСБ России. Ранения получили более 800 заложников.

Главная претензия истцов заключается в том, что расследование не было проведено должным образом – не были установлены точные причины и обстоятельства гибели ряда заложников, а никто из должностных лиц не был привлечен к ответственности. Кроме того, у заявителей были проблемы с доступом к материалам дела.

«Мы – те, кто подал четыре жалобы в Страсбурге, – прошли более 130 судебных инстанций. И суд каждый раз по шаблону писал решение о том, что виноваты только террористы. Ни один из чиновников не был признан виновным. Всех увели от ответственности. Даже сотрудников РОВД Беслана среднего ранга. Всем вынесли амнистию», – пояснила Элла Кесаева в беседе с «Радио Свобода».

По официальным данным, в ходе спецоперации были убиты все напавшие на школу боевики, в общей сложности – 31 человек. Однако родственники погибших считают, что некоторые из нападавших могли скрыться с места теракта. По одной из версий, к захвату заложников был причастен террорист Али Тазиев (Магас). По мнению пострадавших, он сумел покинуть здание захваченной школы за день до штурма. При этом силовики сообщили журналистам, что Магаса опознали в одном из убитых террористов, позже эту информацию опровергли. Несмотря на ходатайство выживших в Беслане заложников, следствие отказалось приобщать этот эпизод к делу Тазиева, осужденного в прошлом году на пожизненное заключение.

ЕСПЧ и расследование

Страсбургский суд может обязать российские власти провести новое расследование трагедии в Беслане, но здесь прогнозы правозащитников пессимистичны.

«У нашего государства есть следующие обязательства – защитить право граждан на жизнь и проводить независимое расследование, когда это требуется. Из жалобы пострадавших в Беслане в ЕСПЧ мы видим, что оба эти права были государством нарушены», – отметил в разговоре с «Медиазоной» председатель правозащитного центра «Мемориал» Александр Черкасов. По его словам, если суд встанет на сторону истцов, то это обяжет Россию не только выплатить компенсацию пострадавшим в результате теракта, но и расследовать причины произошедшего. Впрочем, вот тут заявителей и может поджидать разочарование, говорит Черкасов.

«Проблема в том, что Россия всегда исправно выплачивает присужденные ей ЕСПЧ компенсации. Но ни по одному делу, рассмотренном в Европейском суде по правам человека, не были найдены виновные. Смею предположить, что в этот раз действия российских властей не будут отличаться от обычных», – предупредил правозащитник.

  • Нашли ошибку в тексте?
    Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
  • Предложить свою тему редакции
Все материалы
Ещё 25 статей