«Все трое менты, а один из них — мент в третьем поколении» — Медиазона
«Все трое менты, а один из них — мент в третьем поколении»
Тексты
14 декабря 2015, 9:25
7199 просмотров
Поиски тела Анжелы Ушаковой. Фото: СК по городу Севастополю
В Севастополе в суд передано уголовное дело в отношении трех полицейских, обвиняемых в превышении должностных полномочий, не повлекшем тяжких последствий: по версии следствия, они вывезли за город и закопали труп девушки, которая разбилась, выпав из окна во время вечеринки в квартире одного из подсудимых. Мать погибшей уверена, что та стала жертвой убийства.

18 сентября 2014 года 20-летняя Анжела Ушакова из Севастополя собирается на первый в своей жизни корпоратив: сотрудники онлайн-магазина «Сосед», в котором она работает оператором интернет-доставки, отмечают день рождения фирмы. У Анжелы отличное настроение, омрачает его лишь мысль о бывшем возлюбленном, который тоже должен прийти на праздник.

Вечеринка в офисе перерастает в попойку, экс-бойфренд уезжает домой после предсказуемой ссоры, а несколько коллег Анжелы, видя, что девушка пьяна, вызываются проводить ее до дома. Но уже у подъезда дорогу им преграждает автомобиль. В нем сидят трое знакомых всем в этой компании молодых людей, все трое — сотрудники МВД.

Спустя какое-то время девушка оказывается в квартире старшего из полицейских: там начинается застолье, хозяин празднует рождение сына. Чуть позже соседи слышат грохот в подъезде, но не придают ему значения.

Через несколько часов близ села Пироговка полицейские достают из багажника труп Анжелы и опускают его в свежую яму.

«Выпала сама, а они ее закопали»

Когда Анжела не вернулась домой, в Севастополе началась настоящая поисковая операция, которая растянулась на несколько недель. Вместе со знакомыми, друзьями и родственниками пропавшей девушки в ней принимали участие и трое полицейских, в гостях у одного из которых она побывала перед своим исчезновением — 25-летний командир отделения ППС Александр Бирко, 23-летний полицейский-водитель Даниил Глотов и его ровесник, инспектор ППС Игорь Немчин.

Новость о пропавшей девушке растиражировали местные СМИ, а в отделения полиции разослали ориентировки на розыск: «Была одета в серые трикотажные спортивные штаны, розовую майку, серые кроссовки. На теле имеются татуировки. Документов при себе не имела». Две недели спустя местное управление СК возбудило уголовное дело по статье 105 УК (убийство). Однако результатов расследование так и не дало, объясняет «Медиазоне» мать Анжелы Светлана Ушакова — за отсутствием обвиняемых дело прекращалось пять раз. В конце марта 2015 года, когда через семь месяцев после гибели Анжелы был наконец обнаружен ее труп, дело закрыли окончательно: следователи признали гибель девушки несчастным случаем.

Расследование продвигалось медленно: несколько месяцев у следователя Сергея Гуркина ушло лишь на то, чтобы установить связи между друзьями, знакомыми и коллегами Анжелы. В итоге, объясняет представляющий интересы ее матери адвокат Владимир Шинкоренко, следователю показались подозрительными данные биллинга, полученные от сотового оператора: три человека из списка знакомых Анжелы — полицейские Глотов, Немчин и Бирко — находились в день ее исчезновения в одном месте, а затем, около часа ночи, все вместе отправились к селу Пироговка. Весной 2015 года следователю удалось допросить Немчина, который рассказал свою версию случившегося.

«По показаниям полицейских, Ушакова пришла к ним в гости, но затем вела себя неадекватно, и при неустановленных обстоятельствах выпала с окна пятого этажа на асфальт, поэтому следствие полагает, что это был несчастный случай, к тому же в квартире никого не было в этот момент. Далее эти трое не вызвали следственно-оперативную группу, а вывезли эту девочку из города и закопали», — говорит адвокат Шинкоренко. Сами полицейские объясняют свои действия страхом потерять работу — в региональном полицейском управлении завершался процесс переподчинения российскому МВД. Участие в компрометирующем инциденте могло серьезно сократить их шансы на службу в органах, рассудили Бирко, Немчин и Глотов и решили «избежать проведения в отношении них служебной проверки и возможного увольнения».

«Как они говорят, решили просто съехать с этого дела, закопать тело — нет человека, нет проблем. Но в конечном итоге следственному комитету стало об этом известно, их причастность к этому. Они сознались, показали труп, труп выкопали. Признались только в том, что она выпала сама, а они ее закопали», — объясняет адвокат.

Анжела Ушакова. Фото: страница памяти «ВКонтакте»

Расколотый череп

По словам Светланы Ушаковой, присутствовавшие на корпоративе сотрудники фирмы «Сосед» стали свидетелями ссоры между Анжелой и ее бывшим молодым человеком, который работал в компании водителем-курьером — молодые люди обвиняли друг друга в том, что их отношения не сложились. Мать предполагает, что в пылу ссоры девушка пригрозила предать огласке наркотические пристрастия бывшего возлюбленного, а тот «попросил своих знакомых полицейских успокоить ее».

Хотя трое полицейских — последние, кто видел Анжелу живой, следователь не предъявлял им обвинения в убийстве за отсутствием доказательств. Поскольку труп девушки пролежал в земле более полугода, экспертиза не смогла обнаружить на нем следов насилия. «Все травмы могли образоваться в результате падения с высоты при обстоятельствах, изложенных свидетелем Немчиным», — заключил эксперт.

При этом мама погибшей считает, что судмедэксперт просто выбрал удобную для следователя формулировку. «Голова была расколота на 18 частей. Если человек совершает самоубийство, обычно бывают сломаны руки и ноги. Тут же сломана еще и голова, причем так, что даже на мелкие осколки не могли собрать. Я не верю, что так бывает», — говорит она.

Сейчас части черепа и внутренних органов ожидают в морге повторной экспертизы, результаты которой, уверен адвокат Шинкоренко, все равно ничего не изменят.

«Ясное дело, что никто полицейских не посадит — доказательств их причастности к убийству, кроме физического совпадения их местонахождения в тот вечер, нет вообще. Следователь, он ведь единолично не принимает решение, ему нужна поддержка прокуратуры. Если бы прокуратура сказала, что в суд надо идти с обвинением по убийству, и обвинение будет поддержано, то было бы обвинение в убийстве всем троим, да и отправил бы он дело в суд. Однако прокуратура заняла другую позицию, не рискнула», — уверен адвокат. Сам следователь Гуркин отвечать на вопросы «Медиазоны» отказался.

Следы насилия

После того, как Немчин дал показания, все трое полицейских, проводивших вечер в компании с погибшей девушкой, были уволены, должностей лишились и их непосредственные начальники. Следователь квалифицировал действия Немчина, Глотова и Бирко, не сообщивших о смерти Анжелы, закопавших труп и тем самым лишивших судмедэкспертов возможности сделать свою работу, по части 1 статьи 286 УК (превышение должностных полномочий, не повлекшее тяжких последствий; максимальное наказание — лишение свободы сроком на четыре года). Все трое сейчас находятся под подпиской о невыезде. Предварительное слушание по делу в отношении полицейских назначено на 24 декабря, сообщили «Медиазоне» в Ленинском районном суде Севастополя.

Мать погибшей со столь легкой квалификацией несогласна — по ее словам, бывший бойфренд Анжелы мог иметь непосредственное отношение к гибели девушки. «Он ее бил и не скрывал этого, и я с ней ругалась постоянно, зачем тебе такой парень. Она приходила не просто в синяках, а просто черная вся — руки, ноги», — вспоминает Светлана. В инстаграме Анжелы сохранилась ее фотография с перевязанной бинтом ногой и подписью: «#Поломали#меня#чуток». На вопрос, кто это сделал, девушка в комментариях ответила так: «Безмозглый дурачёк, который не чувствует меры в играх)))». По словам матери Анжелы, этот снимок был сделан за несколько дней до ее гибели.

«Угрозы от него были и раньше, и для такого достаточно бы было одной лишь фразы. Со слов друзей, присутствовавших при этом, в тот вечер он бросил ей что-то типа: "Если ты это скажешь, ты исчезнешь". Через какое-то время после этого она нетрезвая пошла домой, другие ребята стали ее провожать. Один из них был пьянее остальных и нес ее сумку позади, но в какой-то момент потерялся и вернулся обратно в офис. Телефон у нее остался в сумке. Практически перед подъездом ее встретили эти трое полицейских и посадили в машину. Никто не воспринял это как что-то ненормальное, потому что, насколько я понимаю, все они были знакомы. А затем она погибла», — излагает свою версию событий Светлана. Вещи из сумки Анжелы по непонятной причине забрал ее бывший молодой человек, добавляет мать, однако следствие не считает его причастным к гибели девушки — по делу о превышении должностных полномочий он проходит в качестве свидетеля.

Версия без доказательств

«Возможно, она еще была жива, когда они ее закопали? Мог ведь кто-то придушить ее? Следы на таком трупе обнаружить не удалось бы. Может, она чем-то их напугала, может ее бывший попросил этих ментов, чтобы они ее успокоили, а те перестарались?» — предполагает Светлана. Однако доказательств, которые можно было бы представить в суде, у нее нет, а если бы даже и были, уверена мать погибшей, следователь не стал бы предъявлять обвинение в убийстве сотрудникам полиции. «Все трое — менты, а один из них — Глотов — мент в третьем поколении», — объясняет она.

Единственным доказательством причастности полицейских к гибели девушки, которое удалось добыть адвокату Шинкоренко, стала так называемая «экстрасенсорная экспертиза».

«Экстрасенсорная экспертиза — это когда сидит какая-нибудь бабушка-гадалка, или как их там называют, ей задают вопрос, дают фотографию, жива эта девочка или не жива, а что с ней случилось, та отвечает: "А ее задушили и сбросили с балкона". Но с таким доказательством, конечно, в суд не пойдешь», — констатирует Шинкоренко.

Мама погибшей считает, что единственный шанс на возобновление расследования связан с оглаской обстоятельств гибели Анжелы. На словах адвокат Шинкоренко поддерживает ее, но предоставить материалы дела «Медиазоне» отказывается, ссылаясь на то, что это якобы запрещено законом. «Они ведь все сами бывшие юристы, не хочется рисковать!» — говорит он о полицейских, старшему из которых исполнилось 25 лет.

«Какие могут быть доказательства, если три человека были в квартире, и из них никто явку с повинной не написал? Конечно, я понимаю, что вот так взять человека и обвинить в том, что он убил за просто так, это тоже опасно — человека может суд просто оправдать. Поэтому я понимаю человека, понимаю и маму, которая считает, что убили. Но кто убил — это тяжело [доказать]», — резюмирует Шинкоренко.

  • Нашли ошибку в тексте?
    Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
  • Предложить свою тему редакции
Все материалы
Ещё 25 статей