Экспресс «Самара-Куйбышев» — Медиазона
Экспресс «Самара-Куйбышев»
Тексты
26 января 2015, 9:58
1131 просмотр
Людмила Кузьмина. Фото: Гор Мелконян / Facebook

В прошлом году в Самаре прошла внеплановая проверка межрегионального фонда содействия развитию гражданского общества «Голос Поволжья». В конце декабря главу НКО Людмилу Кузьмину вызвали в прокуратуру: правозащитницу подозревали в демонстрации фильмов, пропагандирующих «употребление наркотиков и извращения». В середине января ей вручили протокол о штрафе в 300 тысяч рублей за отказ встать на учет в качестве «иностранного агента». Параллельно налоговые органы предъявляют «Голосу Поволжья» финансовые претензии. «Медиазона» рассказывает об истории давления на региональную НКО и ее руководителя.

Самара, 2014 год

В декабре 2014 года прокуратура проверяла самарскую НКО «Голос Поволжья». «С 13 по 26 декабря 2014 года у нас была проверка прокуратуры, внеплановая, по заявлению руководителя местного НОД («Национально-освободительное движение», возглавляемое депутатом Евгением Федоровым – МЗ). Ответ ему тоже вручили, он его выложил в интернете – там не было ничего об агентах. Там было написано четко – политическая деятельность есть, денег нет. Вдруг меня неожиданно взывают в Минюст для составления протокола об административном правонарушении со штрафом в 300 тысяч рублей на организацию за невнесение себя в список иностранного агента», – рассказывает глава НКО Людмила Кузьмина.

В протоколе говорилось о книге 2004 года «Возможны ли свободные выборы в России». «Но в 2004 году нашей организации не было, мы зарегистрированы в конце 2006 года», – удивляется Кузьмина. Другим основанием для вынесения решения о штрафе стало выступление правозащитницы в суде. «Но к организации это никакого отношения не имеет. Это были безобразные суды над людьми, выходившими в поддержку Pussy Riot, я была свидетелем. И говорила, что у людей не было плакатов, это была пешеходная прогулка, они ничего не произносили вслух. Судья вышла и сказала: штраф – 200 тыщ. Я встала и сказала: вы не на рынке, надо говорить на русском языке. Не тыщ, а тысяч произносится. Я комментировала, да», – рассказывает правозащитница. Также в вину ей ставится участие в самарском гражданском конгрессе, посвященном анализу итогов выборов. «Но я не была там организатором и не выступала от имени фонда. Они вообще ни одного мероприятия “Голоса Поволжья” не описывают», – объясняет Кузьмина.

Еще раньше, в сентябре, в единый день голосования «Голос Поволжья» столкнулся с противодействием на избирательных участках, где наблюдатели организации пытались следить за ходом выборов от издания «Гражданский голос».

«В участковой избирательной комиссии №2901 Ленинского района Самары корреспондента газеты вывели из помещения для голосования силой. Председатель избиркома пояснила, что не впустит его на участок и не даст протокола о недопуске, поскольку "есть устное распоряжение облизбиркома, что члены “Голоса” – «иностранные агенты». В участковой избирательной комиссии 2904 наблюдателю от “Голоса” отказано в допуске на участок после телефонограммы областной избирательной комиссии. Такая ситуация на многих избирательных участках Самарской области», – рассказывала тогда Кузьмина корреспонденту радио «Свобода».

Столкнулись правозащитники и с финансовыми проблемами. Налоговики предъявили претензии самарскому «Голосу» в апреле 2014 года. По словам Кузьминой, проверка продолжалась год. В справке по ее итогам говорилось, что налоговые органы пришли к выводу о неуплате налогов. «Они долго искали, никаких нарушений не могли найти. А потом наткнулись на комментарий МИД по поводу прекращения сотрудничества с Агентством международного развития (USAID). И теперь приписывают грант от него в качестве дохода, а не как пожертвование. При этом речь идет о периоде до 2012 года, когда никакого комментария МИД еще не было. Кроме того, мы получали деньги не напрямую, а через Фонд поддержки демократии “Голос”. А он после ноября 2012 года никаких денег из-за границы не получал, это признается и властями», – говорит правозащитница. Она добавляет, что претензии налоговиков касаются периода 2010 – 2012 года, когда закон об иностранных агентах еще не был принят, а USAID открыто и легально работал в России.

Эти доводы не помешали налоговикам предъявить самарской НКО претензии на сумму 2 млн 222 тысячи рублей. Кузьмина в ответ подала в арбитражный суд. Первое заседание по существу дела должно состояться 29 января 2015 года, а предварительное прошло 25 ноября. Уже на следующий день после него налоговики отправили к самарскому «Голосу» судебных приставов. «Причем направили, зная, что у нас впереди арбитраж. Приставы пришли исполнять. А у нас и взять нечего, нет имущества. За время разбирательств долг достиг 4 млн из-за пени», – рассказывает Кузьмина.

Куйбышев, 1990 год

Для Кузьминой внимание правоохранительных органов не стало неожиданностью. Впервые правозащитницу пытались привлечь к уголовной ответственности еще в Советском Союзе. В годы перестройки она была одним из инициаторов кампании за возвращению городу исторического названия – Самара.

Работая директором Городской библиотеки политической книги, она согласилась стать публичным представителем сторонников переименования Куйбышева. На эту инициативу власти провинциального города отреагировали резко. «Меня уволили, меня третировали, завели уголовное дело по статье “Хищение”. Обвиняли меня в кражах томиков Маркса, Ленина и тому подобное», – вспоминает Кузьмина; впрочем, тогда дело так и не завершилось приговором. «Рухнула КПСС и все забыли про устои, Куйбышева и его великие идеи», – говорит правозащитница.

«Сейчас я опять в который раз подрываю устои. Я сказала одному из проверяющих, молодому человеку, смотревшему в стол: в отличие от вас я делаю то, что нужно делать завтра и послезавтра. А вы все продолжаете делать то, что нужно было позавчера закончить и обновить», – рассказывает она.

Людмила Кузьмина (справа). Фото: Василий Вайсенберг / Facebook

Самара, 2005 год

Еще одно уголовное дело против Кузьминой возбудили в ноябре 2005 года. В тот раз правозащитницу обвиняли в хулиганстве. Инцидент произошел на пикете экологов в августе 2005 года, причем Кузьмину туда пригласили как журналиста «Гражданского голоса», но она заступилась за участников пикета, у которых сотрудники милиции отобрали паспорта. В итоге правозащитницу и саму забрали в отделение, а затем обвинили по административной статье за организацию несанкционированного пикета. 

Один из найденных полицией свидетелей дал показания, что «женщина провоцировала молодых людей на массовые беспорядки и противодействие милиции, молодые люди оказали сопротивление, которое вылилось в беспорядок. Кузьмина активно участвовала в данной ситуации, поддерживая, как я понял, своих подопечных». Экологи и правозащитница категорически отвергали эти обвинения.

Но через три месяца, в ноябре 2005 года, в отношении Кузьминой было возбуждено уже уголовное дело по статье «Хулиганство». По версии следствия, на пикете правозащитница использовала в качестве оружия бутылку с минеральной водой, которой избила потерпевшего. Впрочем, уголовное дело было достаточно быстро закрыто по ходатайству адвокатов; на время следствия Кузьминой даже не избиралась мера пресечения.

 

«Используются методы, которые заставляют человека испугаться. Испугался –можно использовать в отношении других. Напечатали в газете галиматью об агентах разведок, агентах оранжевой революции в моем лице и в лице НКО с желанием дискредитировать, натравить какие-то слои людей на нас. Наблюдают. Испугались, поникли, неадекватно отреагировали в виде "нет, мы не то..." – можно использовать метод дальше», – так тогда комментировала Кузьмина попытку завести на нее дело.

Самара, 2008 год

Еще одно уголовное дело в отношении Кузьминой возбудили спустя четыре года. 11 мая 2007 года в офисе самарского «Голоса» были изъяты компьютеры. Это произошло спустя несколько дней после попытки провести в городе «Марш несогласных», полиция тогда жестко пресекла акцию. Кузьмина не была организатором «Марша», но защищала оппозиционных активистов. Через два дня после изъятия компьютеров здание Общественно-политического центра, где располагались офисы шести некоммерческих организаций, включая самарский «Голос», было закрыто. Власти назвали причиной высокую пожароопасность строения. 

Вскоре выяснилось, что главу НКО обвиняют в использовании нелицензионного программного обеспечения. «У меня взяли подписку о невыезде, я целый год не могла никуда уехать из Самары», – рассказывает она. Помимо «Голоса» оказывали давление в Самарской области в это время и на другие независимые организации и СМИ.

В суде ей удалось добиться извинений от прокуроров за необоснованное уголовное преследование.

 

 

  • Нашли ошибку в тексте?
    Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
  • Предложить свою тему редакции
Все материалы
Ещё 25 статей