Тащить и волочить. Как следователь ФСБ захотел провести рассказавшего о пытках петербуржца по улице в наручниках
Елизавета Пестова
Тащить и волочить. Как следователь ФСБ захотел провести рассказавшего о пытках петербуржца по улице в наручниках
Тексты
5 сентября 2018, 11:34
16122 просмотра

Управление ФСБ в Петербурге. Фото: Александр Демьянчук / ТАСС

Cледственное управление ФСБ в Петербурге продолжает расследовать уголовное дело о незаконном обороте оружия (статья 222 УК), трое фигурантов которого — Роман Гроздов, Павел Зломнов и Дмитрий Бажин — заявили о пытках. В августе следствие решило предъявить Зломнову еще одно обвинение — и для этого «проволочь» арестованного из изолятора временного содержания в кабинет следователя по улице в наручниках.

21 августа следователь управления ФСБ по Петербургу и Ленобласти Дмитрий Саблин вызвал адвоката Андрея Зломнова в изолятор временного содержания на Захарьевской улице. Вызов касался подзащитного Зломнова — его сына Павла.

Зайдя в помещение, адвокат услышал из-за дверей дежурной части ИВС крики о помощи. «Кричал мой сын Павел Андреевич. Когда нас запустили внутрь, в помещение дежурной части ИВС, мы увидели (вместе с Андреем Зломновым был его второй сын Михаил, тоже адвокат — МЗ), что наш подзащитный в состоянии истерики забился под стол, а следователь Саблин тянул его за левую руку, скованную наручниками», — писал юрист в жалобе руководству УФСБ. В беседе с «Медиазоной» Андрей Зломнов называет Саблина «молодым человеком лет двадцати пяти, типичным хунвейбином».

При этом, отмечал защитник, следователь сказал, что применит силу, если Павел откажется с ним идти. Со слов дежурных ИВС, вспоминает Андрей Зломнов, Саблин «для производства следственных действий» решил конвоировать его сына, обвиняемого в незаконном обороте оружия (статья 222 УК), на Шпалерную, 25 — там в Петербурге располагается управление ФСБ и кабинет следователя.

«От Павла Зломнова он (следователь — МЗ) требовал расписаться в сопроводительном документе, согласно которому он может застрелить Павла "в случае побега"», — писал защитник. Обвиняемый подписывать бумагу отказался, при этом ему показалось, что Саблин «стал расписываться за него».

«Тогда Павла охватила паника: он воспринял происходящее как начало провокации, целью которой было желание следователя Саблина создать "условия" и намеренно лишить его жизни», — говорится в жалобе. Сам Зломнов рассказывал отцу, что от других фигурантов дела — Романа Гроздова и Дмитрия Бажина — слышал, как следователь Саблин «негативно отзывается о нем и говорит, что "он нас достал"».

«Понимаете, это тимуровец такой, только он Гайдара не читал. Он играется. Ему надо надеть на кого-то наручники, тащить, волочь, грозить по дороге», — возмущается адвокат.

В итоге, продолжает Зломнов-старший, Саблин отказался от идеи «волочить» обвиняемого на Шпалерную и «отцепил наручники». Путь от ИВС на Захарьевской до ФСБ на Шпалерной недалекий — две-три минуты, изолятор и управление спецслужбы расположены в одном комплексе зданий.

После того, как с Павла сняли наручники, у него были видны «характерные ссадины», а шея и лицо покрылись красными пятнами. Андрей и Михаил Зломновы потребовали вызвать врачей и провести освидетельствование — после этого следователь Саблин пообещал провести следственные действия на следующий день и «ушел вместе со своим напарником». «Позже прислал SMS-сообщение в качестве "повестки"», — уточняет Андрей Зломнов.

Впоследствии адвокаты все же вызвали в изолятор скорую помощь: врач зафиксировал у обвиняемого Зломнова растяжение и сделал ему укол анальгина. 22 Павлу предъявили обвинение в следственном кабинете ИВС — как и предлагали его родственники-адвокаты.

Красные пятна на лице и шее Павла Зломнова. Фото предоставлено адвокатом Андреем Зломновым

Обвинение. Банда оруженийков

36-летнего Павла Зломнова задержали 31 января, первое обвинение ему предъявили 6 февраля. В постановлении следователь писал, что Павел «в составе группы лиц по предварительному сговору совершил незаконный сбыт оружия и боеприпасов».

По данным ФСБ, в неустановленное время, «но не позднее 22 декабря 2017 года», Зломнов вступил в сговор с Дмитрием Бажиным, Олегом Савицким и Валерием Машкиным и другими «неустановленными лицами». Из корыстных побуждений подельники собирались продавать огнестрельное оружие и боеприпасы; они распределили между собой роли и договорились о разделе «преступной прибыли».

Не позднее декабря 2017 года Павел Зломнов «при неустановленных обстоятельствах приискал» «самодельное огнестрельное оружие калибра 9 х 18 мм, выполненное по типу 9 мм пистолета конструкции Макарова». Это устройство было оснащено прибором «беззвучной и беспламенной стрельбы», отмечало следствие. Кроме пистолета Зломнов «приискал» также 50 патронов калибра 9 мм.

Словосочетания «неустановленные лица» и «неустановленные обстоятельства» повторояются в документе не раз. Именно так — «при неустановленных обстоятельствах» — Зломнов не позднее 22 декабря 2017 года передал самодельный пистолет Бажину, а потом — Машкину и Савицкому «для последующей реализации».

22 декабря Машкин около дома №11 на улице Хохлова в Гатчине продал пистолет и патроны за 90 тысяч рублей. Покупателем оказался некий Лобанов, который действовал в рамках ОРМ «Проверочная закупка». По этому эпизоду Зломнову предъявлено обвинение по части 2 статьи 222 УК (незаконный сбыт оружия группой лиц по предварительному сговору).

Кроме того, следствие считает, что Зломнов «приискал» также самодельный пистолет конструкции Макарова и 45 патронов калибра 9 мм для «спортивного и охотничьего ружья». В январе другой обвиняемый — Роман Гроздов — «приискал» шестизарядный револьвер системы Taurus калибра 9 мм и 29 револьверных патронов производства американской фирмы Star Line. Договорившись заранее, Гроздов и Зломнов передали это оружие для дальнейшей продажи Машкину и Савицкому.

31 января Машкин и Савицкий встретились в кафе «Академия вкуса» в бизнес-центре «Балтис-Плаза», и Савицкий передал Машкину пистолеты. Последний должен был продать оружие, но «довести преступление до конца не смог». В тот же день «оружие и боеприпасы были обнаружены и изъяты сотрудниками ФСБ» в результате обысков. За этот эпизод Зломнову вменяется часть 1 статьи 30 и часть 2 статьи 222 УК (покушение на незаконный сбыт оружия).

О пытках, которым оперативники ФСБ подвергли фигурантов «дела оружейников», «Медиазона» писала в начале августа. По словам родственников и адвокатов, после задержания сотрудники ФСБ избивали Павла Зломнова в минивэне: «Прыгали по нему, отбили почки». «Он дважды терял сознание, спрашивал, кто вы такие, а ему садист-оперативник ответил: "Я твой император!" и, засунув свой палец ему в правое ухо, продавил барабанную перепонку», — рассказывала мать Зломнова Марина.

О пытках, которым подвергался Роман Гроздов, стало известно после его беседы с членами Общественной наблюдательной комиссии Ленинградской области. После задержания 31 января Гроздов также оказался в минивэне, где его били электрошокером в область паха и по ступням. Во время истязаний один электрошокер разрядился, тогда силовики стали орудовать «более мощным». Той же ночью Гроздова привели в Управление ФСБ на Шпалерной и два дня держали без сна, воды и еды.

По словам адвоката Андрея Зломнова, Дмитрий Бажин тоже подвергался пыткам. Павел Зломнов рассказывал отцу, что встретил Бажина в медсанчасти СИЗО-6 (там содержатся все трое), и тот показывал «обожженный пах».

По данным защиты Зломнова, Савицкий с 1 июня находится под домашним арестом «за нужные следствию показания». Машкин содержится под стражей в СИЗО «Кресты», «по слухам, как бывший работник УФСИН».

22 августа к делу Зломнова добавился новый эпизод — из него следует, что «в период с 1 декабря 2017 года по 31 декабря 2017 года» около станции метро «Московская» Зломнов, Бажин и другие «совершили незаконный сбыт огнестрельного оружия и боеприпасов». Какое именно оружие продали обвиняемые, следователь не уточнил.

Адвокат Андрей Зломнов обращает внимание, что новое постановление дословно копирует более раннее обвинение: «То есть за семь месяцев работы ФСБ так ничего и не установила. Поэтому, как писал следователь Саблин в своих ходатайствах суду о продлении меры пресечения в виде заключении под стражей, "необходимо продолжить допросы обвиняемых с целью склонения их к даче правдивых показаний". Он даже не стесняется писать, что мера пресечения нужна как средство давления. А тех, кто "давится" плохо — нужно таскать по улице в наручниках, как животное», — заключает адвокат.

Подписывайтесь на «Медиазону» в Яндекс.Дзене и Яндекс.Новостях
  • Нашли ошибку в тексте?
    Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
  • Предложить свою тему редакции
Понравился этот материал?
Поддержите Медиазону
Все материалы
Ещё 25 статей