Военный суд начал рассматривать дело 66‑летнего сотрудника «Внуково», который пытался поджечь полицейскую машину по указанию «контрразведки ФСБ»
Во 2-м Западном окружном военном суде начали рассматривать уголовное дело о теракте против 66-летнего сотрудника службы авиационной безопасности «Внуково» Ивана Зелинского, который в декабре 2024 года пытался поджечь полицейскую машину. Об этом сообщает корреспондент «Медиазоны» из зала суда.
Согласно обвинительному заключению, «неустановленные следствием лица» решили совершить теракт около полицейского отдела по району Арбат в Москве. По их замыслу, завербованный сообщник должен был метнуть бутылку с зажигательной смесью в служебный автомобиль, чтобы «дискредитировать органы власти, их неспособность защитить людей и имущество». Также целью теракта, по версии обвинения, должен был стать сам полицейский отдел.
Согласно материалам дела, Зелинского завербовал человек, который представился сотрудником военной контрразведки ФСБ Хлебниковым. Они общались в вотсапе с сентября по декабрь 2024 года. 23 декабря мужчина купил пять бутылок пива «Балтика» и пять литров бензина, разлил бензин по бутылкам и вставил в горлышки куски ткани. Вечером 24 декабря он на своей машине приехал к отделу и припарковался около служебной Skoda, транслируя все свои действия по видеозвонку в вотсапе. Зелинский по очереди достал из своего автомобиля две бутылки, поджег их и метнул в полицейскую машину, но обе разбились об асфальт. Сам автомобиль не пострадал, вспыхнувший рядом огонь быстро потушили сотрудники полиции.
Заместитель начальника уголовного розыска по Арбату Эмиль Султанов в суде сказал, что до поджога вызывал Зелинского в отдел как свидетеля по уголовному делу — он подвозил потерпевшего, «народного артиста» по фамилии Шутов, до места передачи десяти миллионов рублей мошенникам. Зелинский, по словам полицейского, назвал его самого мошенником, бросил трубку и заблокировал. В итоге Султанов смог связаться с Зелинским через знакомого бывшего сотрудника. В день поджога мужчина обещал приехать в отдел на метро после работы.
Также в суде допросили сотрудников полиции, которые задерживали обвиняемого. Старший инспектор Ирина Панина увидела вспышку, когда вместе с коллегами патрулировала улицу, — они подбежали к Зелинскому и задержали его. Ей показалось, что мужчина пытался скрыться в углублении на фасаде здания, поэтому «просить остановиться не было смысла». По ее словам, при задержании Зелинский оказывал «пассивное неповиновение» — его взяли под руки, но не применяли спецсредства. В это время водитель их наряда потушил огонь. Повреждения полицейского автомобиля Панина описала словами «там подкоптилось», водитель Милешин упомянул, что «визуально нагар был на заднем бампере».
По словам сержанта Пысина, при задержании Зелинский сказал, что «мошенники взломали его машину, подбросили ему канистры, коктейли Молотова, и угрожали его жене расправой». Гражданская жена Зелинского Лилия Калинич в суде сказала, что ничего не знала до того, как их дом обыскали, и ей показали видео поджога. По ее словам, в последнее время перед задержанием муж «может, был чуть расстроенный» и с кем-то разговаривал по телефону, но она не знает, о чем. К госслужащим Зелинский всегда относился «с уважением», а также «поддерживал СВО» — вместе с женой они собирали деньги на лекарства для российских бойцов.
26 декабря 2024 года Замоскворецкий районный суд Москвы отправил Зелинского под стражу по статьям о теракте и повреждении имущества.
Сам мужчина в суде сказал, что не признает себя виновным, так как все было «совсем по-другому». Его адвокат пояснил, что он раскаивается в метании бутылок, но не признает квалификацию: «Это больше хулиганство, чем террористический акт».
В декабре 2024 года «Медиазона» зафиксировала рост поджогов под влиянием мошенников — за двенадцать дней число атак банков, полицейских машин и других объектов достигло пятидесяти.