66‑летнему сотруднику Внуково назначили 16 лет колонии за попытку поджечь полицейскую машину по указанию «контрразведки ФСБ»

Судья 2-го Западного окружного военного суда Дмитрий Иванов приговорил сотрудника службы авиационной безопасности Внуково Ивана Зелинского к 16 годам колонии по делу о теракте, сообщает корреспондент «Медиазоны» из зала 2-го Западного окружного военного суда.

Личный автомобиль Зелинского Renault Logan конфисковали в доход государства.

Прокурор Светлана Тарасова запрашивала мужчине 17 лет колонии, называя отягчающим обстоятельством совершение преступления в условиях мобилизации. Адвокат Сергей Крупко в прениях говорил о том, что никакая связь Зелинского с украинскими спецслужбами не доказана, он не исполнил замысел мошенников, минимизировал ущерб, и сам «есть жертва, которая не скрывалась». Защитник просил оправдать Зелинского по статье о теракте и при необходимости переквалифицировать его действия на хулиганство с применением оружия, назначив мужчине гуманное наказание.

В последнем слове Зелинский сказал, что «всю сознательную жизнь старался быть образцом для близких и сослуживцев», на работе ему «верили, уважали его», «ценили его опыт и знания». По словам мужчины, он поверил мошенникам, потому что «человек на той стороне был неплохим психологом» и «смог до него достучаться». Зелинский извинился перед судом и попросил его учесть все смягчающие обстоятельства.

Обвинение считает, что Зелинского завербовали «неустановленные следствием лица». По их замыслу, он должен был метнуть бутылку с зажигательной смесью в служебный автомобиль около полицейского отдела по району Арбат в Москве, чтобы «дискредитировать органы власти, их неспособность защитить людей и имущество». По версии обвинения, целью теракта также должен был стать сам полицейский отдел.

С сентября по декабрь 2024 года Зелинский общался в вотсапе с человеком, который представлялся сотрудником военной контрразведки ФСБ Александром Хлебниковым. 23 декабря он по его заданию разлил пять литров бензина в бутылки из-под пива «Балтика» и вставил в горлышки куски ткани, а вечером следующего дня на своей машине приехал к отделу и припарковался около служебной Skoda. Транслируя все действия по видеозвонку в вотсапе, Зелинский по очереди достал из своего автомобиля две бутылки, поджег их и метнул в полицейскую машину, но обе разбились об асфальт. Сам автомобиль почти не пострадал, вспыхнувший рядом огонь быстро потушили сотрудники полиции. В суде одна из них описала повреждения машины словами «там подкоптилось», другой упомянул, что «визуально нагар был на заднем бампере». Экспертиза установила, что очаг был под задней частью автомобиля.

Заместитель начальника уголовного розыска по Арбату Эмиль Султанов сказал, что до поджога вызывал Зелинского в отдел как свидетеля по уголовному делу — он подвозил потерпевшего, «народного артиста» по фамилии Шутов, до места передачи десяти миллионов рублей мошенникам. Зелинский, по словам полицейского, назвал его самого мошенником, бросил трубку и заблокировал. В итоге Султанов смог связаться с ним через знакомого бывшего сотрудника, и в день поджога мужчина обещал после работы приехать в отдел на метро.

По словам одного из сотрудников полиции, который задерживал обвиняемого, при задержании он сказал, что «мошенники взломали его машину, подбросили ему канистры, коктейли Молотова, и угрожали его жене расправой». Гражданская жена Зелинского Лилия Калинич ничего не знала до того, как их дом обыскали и ей показали видео поджога. В суде она сказала, что Зелинский всегда «с уважением» относился к госслужащим, а также «поддерживал СВО» — вместе они собирали деньги на лекарства для российских бойцов.

Сам мужчина не признал себя виновным и сказал, что все было «совсем по-другому». «От того, что я совершил хулиганские деяния, я не отказывался с первого дня по сей день», — сказал он во время допроса. Зелинский также подчеркнул, что никакого ущерба от его действий не было, бутылки под машину он не бросал, они упали рядом. По словам мужчины, он сделал это «под давлением и во благо спасения любимого человека», потому что «была угроза ее жизни».

Зелинский рассказал, что в сентябре 2024 года ему позвонила «сотрудница Росфинмониторинга», которая сказала, что он перевел 250 тысяч рублей экстремистской организации. После этого с ним связался «сотрудник ФСБ», который пообещал все проверить. Для подтверждения, что переводов не было, ему сказали сходить в несколько банков и попробовать взять кредиты. Зелинскому везде отказали. Тогда «сотрудник ФСБ» сказал мужчине, что «уголовное дело не будет возбуждено», и все якобы произошло из-за взлома его аккаунта на Госуслугах.

В конце ноября-начале декабря Зелинскому снова позвонили и сказали, что в результате проверки по предыдущему месту работы Зелинского в Минтрансе выявили какие-то его денежные переводы. Одновременно ему, как офицеру запаса, начали предлагать помочь «военной контрразведке». «Когда такие люди звонят, я понимаю, что это такое. Я, честно говоря, ему поверил. Он включил видео, сидит мужчина в форме, а сзади у него за спиной эмблема ФСБ, военной контрразведки и флаг России», — сказал Зелинский.

По просьбе «ФСБ» в декабре он четыре раза довез артиста Шутова до банкоматов, чтобы он снял деньги для передачи мошенникам. Кроме того, Зелинский заготовил бутылки с бензином, потому что 23 декабря «контрразведчик» поручил ему подготовиться к «задержанию экстремистской группы» в Домодедово. В итоге операция, по словам его собеседника, сорвалась, поэтому в тот день он просто поехал домой.

24 декабря перед допросом в ОВД мужчине снова позвонила «контрразведка». Его собеседник сказал, что раз он уже у отдела полиции, то поможет провести проверку готовности МВД к встрече Нового года, для чего надо «сделать провокацию». «Мне сказали, чтобы вы взяли бутылку с бензином, которая у меня была сделана, и бросили под машину», — вспоминал Зелинский.

Когда он отказался, ему прислали видео, как за его женой к дому идут два человека. «Если ты этого не сделаешь, она пострадает. Тебе она дорога? Тебе 30 секунд времени, и ты это делаешь. Мне показалось странным, что военная контрразведка таким тоном такие действия предлагает. Но мне терять было нечего. Я бросил так, чтобы бутылка была вне машины. Но чтобы телефон снимал огонь на фоне машины. Я бросил за два метра от багажника, оно даже было ближе к моей машине, чем к машине ОВД», — рассказывал мужчина.

Зелинский подчеркнул, что не оказывал сопротивления при задержании. «Я осознавал, что это неправомерные действия. Но это во благо спасения. Меня поставили в такие условия, что мне деваться было некуда. На раздумье мне не дали времени», — сказал он. После задержания мужчина сразу все рассказал в полиции: «Мои рассказы их не удовлетворили». После задержания у Зелинского зафиксировали травму головы, выбитые зубы, сломанный нос и ребра. Он говорил, что его били сотрудники туристической полиции, которые выступали свидетелями обвинения в суде.

Зелинский сказал, что полностью поддерживает политику государства и готов «уйти на СВО», потому что у него «к этим товарищам свои счеты». Через адвоката мужчина перевел 15 тысяч рублей в фонд «Народный фронт. Все для победы». «Я понимаю, что я совершил наказуемые действия. Я раскаиваюсь в этом, конечно. Но это не есть террористический акт», — повторял Зелинский в суде.

26 декабря 2024 года Замоскворецкий районный суд Москвы отправил Зелинского под стражу по статьям о теракте и повреждении имущества. 1 сентября 2025 года дело против его неизвестных сообщников по теракту выделили в отдельное производство.

В декабре 2024 года «Медиазона» зафиксировала рост поджогов под влиянием мошенников — за двенадцать дней число атак банков, полицейских машин и других объектов достигло пятидесяти.

Обновлено в 19:40. Добавлена информация о приговоре, в связи с этим изменен заголовок.