«Высотное дело». Прения — Медиазона
«Высотное дело». Прения
31 августа 2015, 14:06
501 просмотр
Александр Погребов, Евгения Короткова, Анна Лепешкина и Алексей Широкожухов (справа налево) после заседания Таганского районного суда, 4 августа 2015 года. Фото: Глеб Щелкунов / Коммерсантъ
Таганский суд Москвы переходит к прениям сторон по делу о покраске звезды на шпиле высотки на Котельнической набережной. Прокурор запросит наказание для четверых московских бейсджамперов — Александра Погребова, Алексея Широкожухова, Евгении Коротковой и Анны Лепешкиной — и 20-летнего руфера из Санкт-Петербурга Владимира Подрезова.
14:07На предыдущем заседании суд допросил подсудимую Анну Лепешкину и нескольких свидетелей защиты — знакомых подсудимых, которые давали суду их личные характеристики. В частности, выступил инструктор по парашютному спорту, у которого проходили обучение бейсджамперы, и начальник Погребова (последний до задержания работал автомехаником).
Неожиданностью для участников процесса стал допрос следователя Вячеслава Криворотова. Изначально «высотным делом» занимался следователь Минов, однако к Новому году тот уволился из органов внутренних дел: по словам защиты, он передал, что «не хочет брать ответственность за невиновных ребят», но не может ослушаться начальство и не довести дело в отношении пятерых обвиняемых до суда. После того, как Криворотов возглавил следственную группу, в нем появились дополнительные допросы Подрезова и Ишутина. Там говорилось, что Мустанг рассказывал о неких парашютистах, которые должны были спрыгнуть с высотки после покраски звезды в рамках единой акции. Подрезов, давая показания, сообщил, что протокол следователь написал за него, а затем огласил не полностью. Таких показаний, заявил подсудимый, он не давал.
В суде следователь Криворотов утверждал, что Подрезов сам сообщил ему дополнительные сведения о бейсджамперах. При этом следователь затруднился пояснить, почему обвиняемый написал заявление о дополнительном допросе на имя следователя Криворотова 10 декабря 2014 года, хотя следственную группу Криворотов возглавил лишь 12 декабря. Также Криворотов настаивал, что обвиняемые Ишутин и Подрезов на очных ставках с бейсджамперами выступали со свободными рассказами, тогда как они сами заявляли, что следователь просто попросил их сказать, что они подтверждают данные ранее показания.
14:20Судья Марина Орлова заходит в зал, заседание начинается. По просьбе адвоката Коротковой Вячеслава Лаврова подсудимый Владимир Подрезов еще раз подробно объясняет, с какой стороны они с Григорием Ушивцом (Мустангом) подходили к высотке на Котельнической набережной, рассказывает, как выходил из лифта, как ждал Ушивца в шпиле.
Подрезов — единственный из подсудимых, находящийся в СИЗО, — выглядит странно: у него опухло одно ухо, покраснел глаз, две красных полосы на шее и красное пятно на щеке.
14:26Теперь к подсудимым обращается судья: «Так, еще раз, ребята, вы к политике никакого отношения не имеете и за событиями на Украине не следите?». Ответ отрицательный.
Тот же вопрос судья задает Подрезову. «У меня нет никакой политической позиции, мне все равно», — отвечает подсудимый. Сильное покраснение, заметное на его лице и шее в начале заседания, уже прошло.
14:29Адвокат Лепешкиной Насонов заявляет ходатайство о признании некоторых доказательств недопустимыми. Он указывает, что все подсудимые отказались давать показания со ссылкой на 51 статью Конституции РФ, но тем не менее с ними проводились следственные действия, проверка показаний на месте и очные ставки. Также адвокат напоминает про постановление об ознакомлении с изменением состава следственной группы, под которым указано, что обвиняемые якобы отказались его подписать — хотя сами они отрицали факт отказа.
Все адвокаты и их доверители поддерживают ходатайство. «Возражаю, все доказательства добыты законным путем», — говорит прокурор Пугачев.
Судья отказывается удовлетворить ходатайство: «Доводы, положенные в основание ходатайства, будут оценены судом при вынесении приговора».
14:34Начинаются прения сторон, выступает прокурор. Он читает: «Подсудимые вину не признают, утверждают, что отношения к акции не имеют, Подрезов утверждает, что случайно оказался на высотке. Прошу критически отнестись к их позиции, поскольку она направлена на избежание уголовной ответственности».
По мнению гособвинителя, вина обвиняемых подтверждается показаниями Кирилла Ишутина, показаниями обвиняемого Подрезова от 12 декабря (в которых он якобы сообщил о запланированном Ушивцом участии бейсджамперов в акции), показаниями Подрезова в ходе очных ставок, показаниями свидетеля Громова и показаниями полицейских, которые осуществляли задержание.
Также, считает прокурор, обвинение подтверждают показания свидетеля Ангелины Николау, Ивана Семенова, свидетеля Обручевой, протоколами осмотра места происшествия, протоколом осмотра видеозаписи с камер на шлемах парашютистов, вещественными доказательствами и другими материалами.
14:42«У обвинения нет сомнений в правильности квалификации действий обвиняемых, поскольку она полностью подтвердилась в ходе судебных заседаний. У обвинения нет поводов сомневаться в показаниях свидетелей, поскольку они не имели намерения оговорить обвиняемых», — говорит прокурор Пугачев и просит признать подсудимых виновными в вандализме и хулиганстве.
Анне Лепешкиной он просит назначить 3 года условно с испытательным сроком 3 года. Евгении Коротковой — 3 года колонии общего режима. Алексею Широкожухову — 3 года колонии общего режима, Александру Погребову — 3 года колонии общего режима, Владимиру Подрезову — 3 года колонии общего режима.
14:45Выступает адвокат Коротковой Лавров: «Когда я вступил в это дело, я ознакомился с постановлением о предъявлении обвинения моей подзащитной и был несколько шокирован. Флаг государства, с которым мы поддерживаем дипломатические отношения, водруженный на здание, оскверняет это здание. Сразу вопрос: а если я на балконе повешу этот флаг, то я оскверню здание, в котором находится моя квартира? А флаг Украины на посольстве это здание оскверняет?»
«Какое отношение сталинская высотка имеет к РФ? Эти семь высоток — апофеоз сталинского стиля в архитектуре, но следователю нужно было нагнетать. Желтая звезда — это элемент символики Китая, а не Советского Союза. А серп и молот при чем здесь? Это международный общепризнанный символ коммунистической идеологии, причем тут Россия? У нас что, коммунистическая символика защищена законом как-то?» — добавляет он.
«Недавно Путин был в Крыму и сказал, что русские и украинцы — это братские народы. Как флаг наших братьев-украинцев может осквернять здание в Москве? Как он "формирует доминирующее отношение Украины к России"? Боже мой, бедная Россия, как над тобой легко доминировать, если достаточно только флаг повесить!» — продолжает Лавров.
14:48«Анализа доказательств от прокурора я не услышал, они просто были перечислены», — говорит Лавров. Адвокат обращает внимание на то, что следователь в обвинительном заключении просто переписал одно и то же, доказывая вину по вандализму и по хулиганству. «Вообще главное доказательство, конечно, — это показания Ишутина и Подрезова, которые пересказывают слова Ушивца. Но даже если поверить им, в этом пересказе слов Ушивца не говорится, что парашютисты "наблюдали за окружающей обстановкой". Откуда это следователь взял вообще, если это не подтверждают ни показания свидетелей, ни показания подсудимых?» «В обвинительном заключении говорится, что подсудимые вступили в преступный сговор не позднее 10 августа. Ушивец прилетел позже, то есть подсудимые вступили в преступный сговор, когда Ушивец был не в России, — продолжает защитник. — Но где доказательства этого? Следователь не нашел, как именно подсудимые связывались с Ушивцом, через какие средства связи».
14:53Адвокат Лавров обращает внимание на противоречия между показаниями свидетелей, на которые ссылался прокурор в прениях, и обвинительным заключением: «Нам тут свидетель Николау рассказывала, что идея покрасить звезду возникла после их встречи (с Ушивцом), то есть 12-13 августа. Прокурор признает эти показания верными, сам ссылается на них, но показания Николау противоречат обвинительному заключению, потому что, по ее словам, идея покрасить звезду возникла уже после прилета Ушивца».
Защитник рассказывает, что у Ушивца не было средств связи, поэтому он никак не мог скоординировать свои действия: «Если у него не было телефона, как парашютисты, реализуя свой преступный умысел, сообщили бы Ушивцу об опасности, если он был на 50 с лишним метров выше? Кричать они должны были, что ли?»
Отдельно Лавров обращает внимание на хронологию событий 20 августа 2014 года: все парашютисты в 5:30 находились в здании в подвале, что зафиксировано их показаниями и биллингом мобильныъ телефонов, а Ушивец и Подрезов вышли из здания в 5:55. На то, чтобы спуститься с шпиля, по словам Подрезова, ему понадобилось от 15 до 20 минут. Таким образом, даже если допустить, что парашютисты и руферы действовали в сговоре, все равно получается, что они могли находиться на крыше и на шпиле здания соответственно не более пяти минут.
В своем выступлении адвокат путает фамилии и называет Подрезова Погребовым, Погребов просит прекратить.
15:00«Только что Подрезов сказал, отвечая на мои вопросы, что на спуск со шпиля ему понадобилось 15-20 минут. То есть в 5:30 моя подзащитная и ее друзья в подвале находятся, а в 5:35 Ушивец и Подрезов уходят с крыши. То есть сколько, пять минут они наблюдали за окружающей обстановкой? У них даже физически не было такой возможности», — говорит адвокат.
«Есть косвенные доказательства того, что между Ушивцом и парашютистами есть какая-то связь — это показания Подрезова и Ишутина. Подрезов на заседании сказал, что он оговорил парашютистов. Чему верить?» — продолжает он.
«Чтобы понять, я обращаю ваше внимание на якобы написанное Подрезовым ходатайство о дополнительном допросе. Оно написано 10 декабря, а допрос 12 декабря состоялся. Но Подрезов говорит, что все это произошло в один день, а на допросе его ввели в заблуждение и зачитали не то, что было написано в протоколе. Следователь Криворотов на наши вопросы — каким образом это произошло — ответить не смог. Заявления идут в СИЗО по почте, но на этом заявлении никаких отметок не было. Даже конверта, в котором это письмо было якобы отправлено, в деле нет.
Поэтому я верю, что к Подрезову пришел в СИЗО следователь, уговорил его написать ходатайство о дополнительном допросе и вложил в его уста то, что ему нужно было. И обратите внимание, как это синхронно происходит: на протяжении следствия ничего не говорят о парашютистах ни Подрезов, ни кто-либо из свидетелей, и только в декабре и его и Ишутина просто прорывает. Обращаю внимание, что Ишутин идет по делу свидетелем. Но сидит в СИЗО по другому делу, которое ведет другой следователь», — продолжает Лавров. «Один и тот же следователь!» — вставляет Подрезов.
15:07Адвокат вновь обращает внимание на то, что Подрезов 10 декабря написал заявление на имя следователя Криворотова, который тогда не возглавлял следственную группу. «Вы, ваша честь, когда будете сидеть в совещательной комнате и смотреть материалы дела, обратите внимание, что ни по одному следственному действию не пересекался Подрезов со следователем Криворотовым», — призывает Лавров.
Он зачитывает заявление Ишутина о допросе в качестве свидетеля, которое написано на имя следователя Минова с полным указанием его должности «старший следователь следственного отдела МВД капитан юстиции», и указанием малопонятных для несведущего человека аббревиатур, в которых зашифрованы названия подразделений органов внутренних дел. «То есть откуда человек, который раньше не отбывал наказание, может знать полную должность следователя?», — задается вопросом адвокат.
Лавров обращает внимание, что визуально заявление и протокол допроса написаны одной и той же ручкой. И говорит это, на взгляд адвоката Лаврова, о том, что следователь Минов пришел к Ишутину, дал ему ручку, надиктовал, а потом пришел в кабинет и написал постановление той же ручкой.
15:13Лавров рассказывает судье, как писать приговор. Ссылается на свою знакомую из Мосгорсуда, которая говорила, что если не знаешь, куда отнести доказательство, к обвинению или оправданию, то берешь лист, ручку, чертишь две графы «и просто доказательства как факты переписываешь, и рука тебя сама поведет».
Адвокат также обращает внимание на видеозапись с камеры Go Pro, на которой бейсджамперы ничего не говорят про звезду на шпиле и вообще никак не акцентируют на ней внимание.
15:16«Когда я в это дело влез, и стал смотреть, как оно развивается, хочешь не хочешь, а вспомнил славные годы нашего НКВД, когда следователи ради лишней звездочки раздували политические дела на пустом месте и искали контрреволюционеров. Но сейчас-то зачем это делать? Ну, покрасил кто-то, ну пусть заплатит за краску и все! Да у нас все здания в граффити, и что-то я ни об одном уголовном деле по этому поводу не слышал. Вообще "вандализм" — это "циничное, аморальное осквернение". Ладно бы они там классическое из трех букв написали или свастику нарисовали, но причем тут желтый цвет-то? Что циничного и оскверняющего во флаге Украины?» — вопрошает адвокат. Прокурор хмурится и смотрит на Лаврова недовольно. Судья смотрит и слушает защитника очень внимательно.
«Следствие пошло на поводу у антиукраинских настроений и раздуло из ничего уголовное дело. И вот Криворотов за него стал старшим следователем, — продолжает Лавров. — У меня большая просьба, даже если вы вынесете обвинительный приговор, то распишите, пожалуйста, подробно, в чем я не прав».
«У меня ощущение, что следствие само разжигает ненависть. Может, вам в совещательной комнате стоит подумать, а нет ли в действиях следователя состава статьи 282 УК? Потому что он своими действиями разжигает ненависть к Украине на пустом месте», — заключает адвокат и просит оправдать Евгению Короткову. Сзади слышны несколько одиночных хлопков.
15:21Выступает подсудимая Короткова: «Полностью поддерживаю своего адвоката. Прокурор зачитывает кучу каких-то якобы доказательств нашей вины, которые на самом деле говорят не о нашей вине, а нашей непричастности. Следствие просто забило на презумпцию невиновности и стало собирать все подряд, вот насобирали 9 томов. Но по сути все эти 9 томов только доказывают нашу непричастность к произошедшему».
15:24Следующим берет слово адвокат Лепешкиной Насонов. Он читает по бумажке: «20 августа в Москве произошли два несвязанных друг с другом события. Первое — достаточно рядовое для Москвы, прыжок с дома, а второе — выкрашивание звезды. Если бы не было второго события, то максимум, что можно было бы получить за первое — это административный штраф за проникновение в здание».
«Первые победные рапорты о том, что злоумышленники победно задержаны, появились, когда еще не рассвело даже. Просто правоохранительным органам нужно было как можно скорее отчитаться».
«Все экспертизы, весь мусор, окурки и бутылки, которые перечислял прокурор среди доказательств, указывают только на то, что они невиновны. Прокурор даже упомянул про перчатки, которые лежали в машине Лепешкиной и на которых были ее волосы. Вот перчатки эти, они как доказывают их вину?»
«Надуманность обвинения, его некорректность видна даже в его формулировке, это какие-то общие, абстрактные фразы, которые никакого смысла не несут. "Дестабилизировать социальную обстановку в столице РФ городе Москва"? "Демонстрируя с Ушивцом единство политических взглядов и помыслов"? Это набор пафосных, пустых фраз».
«На протяжении всего расследования следствие не пыталось расследовать. Даже ни разу не допросило следствие Ушивца, даже не попробовало сделать это, сославшись на то, что это невозможно».
15:31«Что такое ненависть? Это стойкое, активное отрицательное чувство, которое имеет стабильный характер. Ненависть проявляется во всем: в образе жизни, в общении, даже в том же профиле "ВКонтакте". Но ни у одного из подсудимых нет доказательств того, что кто-либо из них высказывал эту ненависть. Я никогда не поверю, что ненависть можно выразить только один раз, а потом перестать выражать», — рассуждает адвокат Насонов.
15:38«Ни один контакт Ушивца с нашей подзащитной не доказан, — говорит адвокат Лепешкиной. — Они были задержаны в этот же день, утром, у них были отобраны и изъяты компьютеры и мобильные телефоны сразу же, а также у Ишутина. Следствие провело титаническую работу по изъятию и раскрытию всех коммуникаций подсудимых. Выяснилось, что ни одного контакта между подсудимыми и Ушивцом в средствах коммуникации не было. Единственная их общая знакомая, которую следствию удалось установить — это Николау. Но она сама сказала, что не связывала их и не рассказывала им друг о друге, и подтвердила это в ходе проверки на полиграфе».
Адвоката очень внимательно и напряженно слушает подсудимый Подрезов.
15:41«Наша подзащитная абсолютно невиновна, и, по-моему, оскорбительно, что для нее запросили условный срок. Прошу поэтому оправдать», — завершает выступление Насонов.
15:44

Вслед за коллегой выступает второй адвокат Лепешкиной — Максимова. Она возвращается к показаниям Ишутина, говорит, что они «смехотворны» и очевидно появились по настоянию следователя, вспоминает «историю с Енотом», когда во время допроса свидетель не мог вспомнить прозвище одного из подсудимых и живо откликался на неверные подсказки.
«Он категорически запутался, кто есть кто, и он на судебном заседании уже стал забывать, что нужно говорить. Мне кажется, что если частично человек говорит неправду и это уже удалось установить в судебном заседании, то верить остальным его словам нельзя», — говорит об Ишутине Максимова.
За время выступления защиты Лепешкиной успел задремать и проснуться прокурор.
«Нельзя построить приговор обвинительный на том, что нельзя проверить. Я не представляю, как можно со слов кого-то, не проверив эти слова, только на этом основании признать кого-либо виновным», — рассуждает Максимова и переходит к анализу показаний Подрезова:
«Подрезов нам в суде заявил о том, что он оговорил ребят, и очень подробно и логично объяснил причины этого оговора. Этот вопрос был достаточно подробно исследован и согласовался со всеми остальными показаниями».
15:51Максимова напоминает про пост Ушивца в фейсбуке и про то, что на прошлом заседании отец Алексея Широкожухова Александр Карпухин цитировал переписку с ним — по сути, говорит адвокат, это тоже показания, которым тоже можно верить.
«Недоказанность мотива напрочь обессмысливает и идею сговора, и само обвинение. Идея ненависти и сговора вообще почему появилась? Когда отпала покраска, решили приплести эту ненависть», — говорит Максимова.
И Подрезов, и Ишутин, когда давали показания, были заинтересованы в исходе дела, считает адвокат. Она ссылается на ЕСПЧ и на решения пленума ВС, согласно которым в случае заинтересованности в исходе суда показания должны подтверждаться совокупностью других доказательств.
16:02Адвокат, как и ее коллега Лавров, рассказывает, что на несовпадение времени прыжка парашютистов и ухода Ушивца с Подрезовым с крыши с изложенным в обвинительном заключении.
«О каких людях, внимание которых якобы хотели привлечь парашютисты, говорит обвинение? Кто шел на работу? Да ни одного человека не было во дворе, кроме того, который гулял с собачкой, и то ребята подождали, когда он уйдет, прежде чем прыгать», — говорит Максимова.
«В сухом остатке, анализируя обстоятельства, о которых говорит обвинение, и те обстоятельства, которые нашли подтверждение в судебном заседании, получается, что да, 20 августа Лепешкина совершила прыжок с крыши дома на Котельнической набережной. И все. Вот только этот факт и должен оценивать суд. С нашей точки зрения, здесь даже административного преступления и быть не может», — близится к финалу выступления адвокат.
Прокурор зевает.
Максимова просит оправдать свою подзащитную: «Она на данный момент под домашним арестом находится больше года, и хотелось бы, чтобы восторжествовала справедливость».
16:06«Следствие год расследовало, собрало девять томов моей невиновности, поэтому прошу оправдать», — добавляет сама Лепешкина.
16:09Теперь выступает Нина Савиных — адвокат Подрезова. «Нет никакого состязательного процесса, — говорит она. — Как сказал Юрский, очень сложно искать черную кошку в темной комнате, особенно когда ее там нет».
«Я очень много лет работаю адвокатом, и мне стыдно за то, что творится в этом суде. За то, что не вернули дело прокурору, за то, что позиция следствия идет по фашистской направленности. Оглянитесь, подумайте: ведь вы же детей, в отношении которых возбуждаете дело, вы же делаете из них предателей! Я с чистой совестью скажу, я понимаю Ишутина. Я понимаю, почему он изложил свои пояснения так, как изложил. Я понимаю своего подзащитного».
Савиных рассказывает, как взяла два продукта в магазине, но там была большая очередь и она решила уйти. Один продукт она выложила сразу, а о другом позабыла и дошла с ним практически до кассы. «И меня такой страх обуял! Потому что страшно, что тебя за это могут опозорить!»
«Стыдно, обидно за то, что профессионалы по-разному понимают закон. Там, где белое, говорится, что это черное, и наоборот. При этом следствие и защита не в равных условиях, потому что суд всегда на стороне следствия», — продолжает адвокат, глядя в свои записи.
«Мне хочется задать вопрос: кого сегодня судят? Детей, которые только вступают в жизнь и не вникли еще в политические игры».
«Правоохранительные органы уже никого и ничего не боятся, потому что справедливость существует только для них».
16:17«Обвинительное настолько неконкретно, что обвиняемые должны быть экстрасенсами, чтобы понять, в чем их обвиняют», — говорит адвокат Савиных.
«Эти дети не занимаются наркоманией, не пьют, не курят. У них есть хобби, но оно, по сути, почему-то объявлено преступным», — адвокат продолжает, рассуждая про «оборонную мощность страны» и «альпинистов, которые спасил Эльбрус в 1945 году».
16:21Адвокат возвращается к своему подзащитному Подрезову: «Судимость — это еще не значит, извините меня, что человек характеризуется плохо. У нас статистика: одна треть судима, другая будет сидеть».
«Мать Подрезова не приехала из-за болезни, а если бы приехала, она бы вам такое могла рассказать, что три года — это просто было бы невозможно», — говорит Савиных и добавляет: «У нас Ленин, по статистике, 50 раз был судим».
16:23Адвокат говорит, что «отступает от лирики» и продолжает о своем подзащитном: «Не понимая, в чем его вина, он ее признает. В чем? В том, что, по существу, поприсутствовал. Это я, как говорится, прошу занести в протокол».
Судья задумалась и смотрит в одну точку, пока Савиных в присущей ей своеобразной манере пересказывает показания Ишутина, а вслед за ними показания Подрезова.
16:36

Адвокат пересказывает также показания свидетеля Николау, после чего переходит к анализу показаний Подрезова, который говорил, что частично признает вину в вандализме. «Признавая даже вину в содеянном вандализме, она не является как таковой», — говорит Савиных.
16:47Савиных перечисляет положительные характеристики, данные Подрезову, пересказывает показания свидетеля Ивана Хлопова, которого задерживали вместе с подсудимым в сентябре 2014 года.
«Вы знаете, я не была на его месте и не хочу на его месте быть. Но какой выбор сделал мой подзитный в эту минуту — я считаю, это опрадывает то, какие он дал показания относительно бейсджамперов и которые позднее не подтвердил. Потому что когда на чашу поставлен срок, то нет выбора. Нет совершенства, никто из нас, по сути, не защищен».
Адвокат говорит, что Подрезова можно было бы привлечь по статье 20.17 КоАП (нарушение пропускного режима охраняемого объекта), но срок привлечения к ответственности уже прошел. «Если его признают виновным, я полагаю, что это в частичной мере вандализм, — продолжает Савиных. — Подрезов имел цель подняться на звезду и не знал о том, что она будет раскрашена».
16:56«Такой у нас прекрасный Ишутин, патриот просто родины, — говорит Савиных. — Я не хочу, чтобы он сидел, я адвокат и это моя стезя. Но в силу того, что Ушивец жил у Ишутина, и ноутбук он ему давал, и краску давал, и за краской ездил — возникает вопрос, почему он не привлечен? Потому что он сыграл свою роль в этом деле, он просто всех сдал». Адвокат рассказывает, какой Подрезов положительный, что он может сам зарабатывать на жизнь. Подрезов в это время очень широко улыбается. Савиных просит его оправдать.
17:04Адвокат Алексея Широкожухова Сидорин выступил с очень короткой речью, прочитав ее по бумажке. Просит оправдать своего подзащитного.
17:05Широкожухов поддерживает просьбу об оправдании. «Там невозможно наблюдать за обстановкой, потому что там карниз и парапет, и в принципе ничего вообще не видно. Как разжечь ненависть прыжком можно — я не понимаю. Проводятся фестивали по прыжкам, и никто не начинает ведь ненавидеть из-за этого».
17:07Теперь адвокат Ольга Лукманова — защитник Александра Погребова. Она тоже читает с листа, рассказывает о произошедшем на высотке с самого начала: «Имело место административное правонарушение, об этом много раз говорилось».
«Все, что происходило в суде, доказывает, что никакого насильственного характера в их действиях не было. Они даже общественный порядок не могли нарушить, потому что в это время никого на улице не было. Пустые улицы и банальный прыжок с парашютом нельзя квалифицировать ни как хулиганство, ни как вандализм».
«Наши подзащитные не знали ни о какой акции и не были знакомы ни с Подрезовым, ни с Ушивцом, ни с Ишутиным. Сам Ушивец ждал официального запроса со стороны правоохранительных органов и был готов дать показания, но под разными предлогами суд отказывал, так как это разрушило бы дело и не был бы исполнен политический заказ».
17:12«Ни там не получается, ни тут не получается. Если задача сверху поставлена, то надо посадить, посчитало следствие. Есть заказ, политический заказ», — говорит адвокат Лукманова.
«Все это дело — от начала до конца политическое. Исходя из обвинения, подсудимые — это политические оппозиционеры».
«В России нет правосудия. В России принято, что если ты подсудимый, ты должен не только признаться, а плакать, просить прощения, ты должен дать тебя разорвать на части и стать ничем. Человек может рассчитывать на прощение, только уничтожив свою личность».
17:15Говорит подсудимый Погребов: «На всем протяжении дела нас пытались заставить оговорить. Следователь себя считает безнаказанным и говорит в присутствии адвоката, что дело политическое и не сможешь ты оправдания добиться. Если получается, что следователь вел параллельно дело Ишутина, то о каком правосудии может вообще идти речь?»
«Прокурор зачитывает показания свидетелей, которые подтверждают только то, что мы невиновны».
«Мы являемся патриотами России, мы никогда ни в каких плохих деяниях не были замечены. Следствие пыталось нас втоптать в грязь и обвинить нас в том, что мы не совершали», — Погребов говорит очень эмоционально, размахивая руками. «Путались в показаниях лишь два свидетеля — это Ишутин, который не мог ничего ответить, и следователь. Как такое возможно что следователя вызывают в суд, а он говорит, что ничего не знает и до последнего пытается отрицать очевидные вещи, которые есть в материалах дела? Вопрос к прокуратуре, чтобы заинтересовалась этим человеком. А вместо этого еще и повысили».
«Как такое возможно в правом государстве? — вопрошает Погребов. — Я гражданин Российской Федерации и ни в чем не виновен, почему меня держат год под следствием, когда всем это очевидно?»
Прения сторон закончены, суд предоставляет подсудимым возможность выступить с последним словом.
17:21Евгения Короткова: «Здесь уже все сказали. Если рассматривать доказательства, я ни одного доказательства вины не увидела».
«Осенью ко мне пришел уполномоченный и изъял загранпаспорт. Я тогда еще не понимала, насколько мы вляпались в это, страдала от несправедливости, как такое возможно, и нападала на этого сотрудника с вопросами. Он мне сказал: ну что ты думаешь проще, вас четверых посадить или следователей полицейских и полпрокуратуры?»
«Я не ожидала, что следствие настолько плохо сфабрикует дело. Что единственный свидетель Ишутин будет путаться в показаниях».
«Девять томов, 17 экспертиз, телефонные переговоры, соцсети, допросы свидетелей — все говорит о нашей невиновности. Я не верю, что рассмотрев это дело, можно хотя бы косвенно предположить, что мы участвовали. Три года за что — за то что я участвовала в соревнованиях за свою страну и любила ее?»
«Я даже не понимаю, какую там такую позицию России не поддерживала, что за позиция такая».
«Я прошу оправдательный приговор. Для меня даже условно и тот срок, который мы отсидели, — для меня это оскорбительно. Мне обидно, что меня пытаются ни за что посадить, а людей, которые не то что преступника поймать не успели, он выехал за границу, так и дело сфабриковать не умеют...»
17:25Анна Лепешкина: «Прошу вынести справедливый приговор, я ни в чем не виновата и мои друзья, мы оказались не в том месте не в то время. Следствие прошло по порочной практике — кого поймали, того и будем судить. Прошу оправдать меня».
17:26Владимир Подрезов: «Я изложил свои действия, поэтому оставляю на усмотрение суда, есть ли в них состав преступления».
17:26Алексей Широкожухов: «Настаиваю на оправдательном приговоре и прошу быть справедливым».
17:27Александр Погребов: «Надеюсь, что мы войдем в эти 0,001 процента оправдательных приговоров. Три года, за что? Да просто так. Девять томов четко доказывают, что мы не при чем и невиновны вообще никак. Материалы ни о чем, они делали видимость работы. Прошу вынести честный приговор».
17:28Приговор будет оглашен 8 сентября в 14.00, говорит судья Орлова.
«Да все уже предрешено!» — кричит на прощание адвокат Савиных.
  • Нашли ошибку в тексте?
    Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
  • Предложить свою тему редакции
Все материалы
Ещё 25 статей