Сантехник и шестипалый. Как житель нижегородского поселка Дружный был избит полицейскими и оказался в тюрьме
Елизавета Пестова
Сантехник и шестипалый. Как житель нижегородского поселка Дружный был избит полицейскими и оказался в тюрьме
Тексты
17 апреля 2018, 9:25
7696 просмотров

Фото: Елизавета Пестова / Медиазона

Рана между пятым и шестым пальцем, избиение до потери сознания, подсказки судьи и свидетели-полицейские — 16 апреля Нижегородский областной суд утвердил приговор сантехнику Андрею Дворцову из поселка Дружный, который получил три года колонии по обвинению в нападении на участкового. На защиту Дворцова встал весь поселок.

— Андрей Владимирович, без изменений мы оставили приговор суда первой инстанции, — громко говорит судья Татьяна Кречетова. — Слышали наше решение?

— Да-да, — отзывается из экрана на стене одетый во все черное мужчина.

Это 46-летний сантехник Андрей Дворцов из небольшого поселка Дружный в 25 км от Нижнего Новгорода. 7 декабря 2017 года Кстовский районный суд приговорил его к трем годам колонии по обвинению в нападении на полицейского (часть 2 статьи 318 УК). По версии следствия, Дворцов ножом порезал ладонь участковому Николаю Калинину, когда тот пытался разнять драку между двумя выпившими мужчинами. Дворцов свою вину отрицал, объясняя, что именно он был жестоко избит сотрудниками полиции.

Жители Дружного в нападение сантехника на полицейского не верят. Некоторые из них приехали поддержать Дворцова в областной суд, где рассматривалась жалоба на приговор — пожилые женщины в нарядных кофтах в сопровождении двух мужчин. Они с уважением прислушивались ко всем словам адвоката Алексея Матасова и настороженно — ко всем замечаниям судей. Каждый отказ в ходатайствах защиты слушатели сопровождали возмущенными перешептываниями «Позор! Позорище!» и разочарованным «Кто бы сомневался».

Чтобы отклонить практически все ходатайства защиты трем скучающим судьям Нижегородского областного суда понадобилось полтора часа. Чтобы отклонить апелляционную жалобу и утвердить приговор — три года реального срока — им хватило 20 минут.

Андрей Дворцов сейчас находится в СИЗО-2 в родном поселке Дружный — до приговора он был под подпиской о невыезде, под стражу его взяли в зале суда. В заседании он участвовал по видеосвязи. Связь постоянно прерывалась, поэтому из последнего слова Дворцова с трудом можно было разобрать лишь слова «уважаемый суд» и «не виновен».

Нож сантехника Дворцова

Вечером 9 августа 2016 года Андрей Дворцов освободился с работы, выпил около 200 грамм водки и по пути домой встретил своих приятелей Андрея Жидкова и Алика Кутеева. Вскоре к компании присоединился еще один знакомый Геннадий Левин, а Жидков, наоборот, ушел.

Пока они общались и думали, не выпить ли пива, вспоминал Андрей Дворцов, к компании приблизились неизвестные, один из них схватил его за плечо — сантехник испугался и побежал. Его догнали, подсечкой повалили на землю, надели наручники и избили до потери сознания — позже врачи диагностируют у Дворцова сотрясение мозга и множество ушибов и ссадин. Нападавшими оказались сотрудники полиции Николай Калинин, Оксана Пискижова и Александр Солдатов.

Жена сантехника Марина Дворцова рассказывает, что участковая Пискижова издевалась и унижала Андрея. «Обливала водкой, сказала, что ему не понадобится никакая скорая, она сама обработает раны», — говорит она.

В кармане спецовки Дворцова лежал необходимый ему для работы нож. Он предполагает, что именно об этот нож мог порезаться полицейский Калинин. Как отмечает юрист «Комитета против пыток» Анастасия Никитина, следов крови Калинина на ноже или на месте инцидента не обнаружили, а заключение судмедэксперта было сделано только на основании медицинских документов — потерпевшего полицейского никто не осматривал.

«В тот злополучный день у него работа закончилась, он вообще направлялся домой. Когда сказали ему, что в нашем доме прорвалась труба, он вернулся в слесарку, взял инструменты, этот нож, и пошел зачищать, перекрывать. А потом уже встретил друзей. Они разговаривали, даже не выпивали», — говорит Марина Дворцова. По ее словам, Андрей действительно выпил перед встречей с друзьями, но никакой драки, о которой говорят полицейские, не было и в помине. Адвокат Алексей Матасов добавляет, что большинство свидетелей инцидента уверенно сказали, что ножа в руках Дворцова не видели.

Ночь избитый Дворцов провел в отделе полиции по Кстовскому району, а на следующий день полицейские составили на него административные протоколы за появление в общественном месте в нетрезвом виде и неповиновение распоряжению сотрудника полиции (статьи 20.21 и 19.3 КоАП), а мировой суд за каждое нарушение оштрафовал его на 500 рублей.

Выйдя из отдела полиции, сантехник отправился в травмпункт, где у него выявили сотрясение мозга, кровоподтеки лица, левого уха и плеч, живота, левой руки и предплечья, ног и ссадины в теменной области. Восемь дней Дворцов лечился в одной из больниц Нижнего Новгорода, а после наблюдался у врача еще три недели. В больнице Дворцов узнал, что в отношении него возбудили уголовное дело о нападении на полицейского. После этого он написал в Следственный комитет заявление о том, что он был избит сотрудниками полиции.

Андрей Дворцов после избиения 9 августа 2016 года. Фото предоставлено «Комитетом против пыток»

Анастасия Никитина из «Комитета против пыток» обращает внимание, что материалами по статье 318 УК и заявлением о пытках занимался один и тот же сотрудник — старшая следовательница отдела Следственного комитета по городу Кстово Екатерина Абанина. 16 августа Абанина возбудила дело о применении насилия к полицейскому Калинину, а спустя полтора месяца — 27 сентября — отказала в возбуждении дела об избиении Дворцова. Впоследствии Абанина еще три раза отказывалась возбуждать дело, а затем дело стала вести следовательница Елена Лядская — и вынесла пятое отказное постановление. На сегодняшний день по делу об избиении Дворцова вынесено шесть отказов. Пять из них суд уже признал незаконными и отменил.

Шесть пальцев участкового Калинина

В конце февраля 2017 года Кстовский районный суд начал рассматривать дело Дворцова. Адвокат сантехника Алексей Матасов рассказывает, что на процессе судья Денис Киселев практически открыто поддерживал обвинение: «Он знал, какие доказательства нужны, чтобы вынести обвинительный приговор».

Изначально в основу уголовного дела легло заключение судебно-медицинского эксперта Виталия Филатова из «Нижегородского областного бюро судебно-медицинской экспертизы», который обнаружил у полицейского Калинина «резаную рану пятого межпальцевого промежутка левой кисти», нанесенную ножом. Правозащитники из «Комитета против пыток» отмечали, что пятый межпальцевый промежуток — это несуществующая анатомическая зона, так как у Калинина на руке пять пальцев, а не шесть.

«Эксперт Филатов три месяца дурачил следователя, написав о ране в несуществующем пятом межпальцевом промежутке. И следствие ему добросовестно верило, и даже предъявило обвинение», — возмущается адвокат Матасов.

Впоследствии, рассказывает Анастасия Никитина, была сделана экспертиза с более умеренными выводами — в ней говорилось, что рана четвертого межпальцевого промежутка (между мизинцем и безымянным пальцем) Калинина «вполне возможно» появилась от клинка ножа.

«Руку Калинина эксперты у нас не осматривали. На экспертизу он не пришел. Можно, конечно, установить травму, опираясь на свидетельские показания. Врачи скорой помощи, вроде бы осматривавшие Калинина, сказали, что у него была рана в четвертом межпальцевом промежутке. Сколько ран они видят в день? И даже если помнят все, то что за странные параметры — один сантиметр на два? Если это площадь, то это далеко не резаное ранение. Если это глубина, то насквозь, значит, ему руку продырявили», — рассуждает Матасов.

В жалобе на приговор защитник подчеркивал, что судья задавал свидетелям и экспертам наводящие вопросы, прерывал выступления защиты и подсказывал прокурору. Так, адвокат приводит в жалобе следующий диалог из протокола судебных заседаний:

Защитник Матасов. Ваша честь, я не услышал фамилию знакомого.

Судья Киселев. Внимательно надо слушать, защитник.

Защитник. К сожалению, упустил.

Судья. Мартынов (свидетель — МЗ) встречался со своим товарищем, назвал фамилию его, в протоколе она записана.

Защитник. Да, скажите, пожалуйста, напомните.

Судья. Напомните фамилию.

Свидетель Мартынов. Колесников Николай Николаевич.

При этом из протокола суда следует, что до этого фамилия Колесников не звучала, отмечает адвокат.

Защита также сомневается в искренности двух свидетелей обвинения — Иван Мартынова и Данилы Бубнова. По словам адвоката, Мартынов «неожиданно оказался выпускником академии МВД», у которого не было никаких причин находиться в Дружном 9 августа 2016 года. «Почти каждое слово Мартынова противоречит всем остальным показаниям. Он говорит, что он был [в Дружном] в шесть часов вечера, хотя скорая помощь приехала в девять. Но он ее якобы видел», — отмечает адвокат Матасов.

Свидетель Бубнов тоже связан с правоохранительными органами — по данным адвоката Матасова, он бывший сотрудник уголовного розыска Кстовской полиции, а Марина Дворцова помнит его как участкового в Дружном. «[Бубнов] вроде как видел что-то из окна. Заметим, что у него зрение минус четыре, а до места происшествия там 80 метров как минимум. Что конкретно он видел, сложно сказать», — пожимает плечами адвокат.

Марина Дворцова вспоминает о конфликте Бубнова с Дворцовым в 2000 году, по ее словам, тогда полицейский пытался заставить Дворцова выполнить бесплатно какую-то работу, а тот отказался. «После этого они его вызвали в опорный пункт, который раньше был в Дружном. Они вызвали туда его, избивали. Я видела лично своими глазами», — рассказывает Дворцова. По ее словам, тогда в избиении ее мужа, помимо Бубнова, участвовал еще один сотрудник полиции.

Впоследствии Дворцова ездила «жаловаться начальнику» на полицейских, однако не стала писать заявление, поскольку, как говорит она сама, «была молодая и глупая». «Я сказала: "Накажите их как-то", но заявление писать не стала. А теперь этот Бубнов выступает свидетелем [обвинения]», — сожалеет Дворцова. Она добавляет, что упоминала об этом факте на своем допросе в суде, но судья не обратил на это внимание. Адвокат Матасов добавляет, что, несмотря на отсутствие последствий этой жалобы для Бубнова, «осадок у него наверняка остался». «Хоть как-то отомстить Андрею Владимировичу он был готов», — говорит защитник.

Из протокола заседания:

Свидетель Марина Дворцова. Поскольку у него ранее были столкновения с сотрудниками полиции.

Судья. Двадцать лет назад.

Свидетель. Какая разница!

Судья. И не с этими сотрудниками, а с одним из других.

Адвокат Алексей Матасов и Марина Дворцова в Нижегородском областном суде. Фото: Елизавета Пестова / Медиазона

Дружный поселок

Марина Дворцова рассказывает, что шла домой с работы, когда ей позвонили и сообщили об избиении мужа. Дворцова она увидела уже без сознания. Марина с сожалением вспоминает, что у нее разрядился телефон, и она не смогла сфотографировать мужа; единственную фотографию избитого Дворцова сделала его младшая дочь.

«Впоследствии, когда [Андрей] в больнице был, полицейские преследовали меня. [Участковая] Пискижова к нам домой приходила, к моему ребенку два раза приходила. Сопровождала она меня также до работы, спросила, где он. Я сказала, что в больнице лежит. Она нагло спросила: "А что с ним случилось?". Я ей говорю: "Как вы смеете после того, как вы его избили, задавать еще такие вопросы?" — вспоминает Марина Дворцова. — Она говорила, что мы якобы его скрываем».

Потерпевший Калинин не пытался пообщаться с семьей Дворцова, однако, возможно, общался со свидетелями — Марина Дворцова утверждает, что одна из свидетельниц избиения не пришла в суд, так как накануне ее посещал Калинин.

Марина и Андрей вместе уже 23 года, у них две дочери — 21 и 14 лет. Выйдя из зала Нижегородского областного суда, оставившего в силе трехлетний приговор, Дворцова сдерживает слезы, но говорит, что будет «бороться дальше». Она отправила обращения главе Следственного комитета, генеральному прокурору и в администрацию президента. После апелляции защита будет обжаловать приговор Дворцову в кассации, а потом решит, стоит ли подавать жалобу в Европейский суд по правам человека.

Дворцов вырос в Дружном, и все жители поселка его знают как доброго и отзывчивого человека, говорит его жена. По ее словам, никто не верит в версию полицейских. Как сообщали «Новости Нижнего Новгорода», на оглашение приговора пришли несколько десятков человек.

«Вот мы все, жители поселка, хотим защитить честь и достоинство нашего товарища. Нас три тысячи человек в поселке. Все как один встают на защиту», — говорил местный житель Сергей Диденко. «Человек он с большой буквы для нас, женщин и работников! Он никакой не задира, он прекрасный семьянин», — вступалась за Дворцова Капитолина Жуншина. «Порядочный человек, трудяга, зарабатывал деньги своим горбом», — соглашалась Татьяна Бобрынина. «До сих пор полицейские себя выгораживают, а человека топят», — уверена еще одна жительница Дружного.

Юрист Анастасия Никитина рассказывала, что в конце февраля местные бабушки решили посоветоваться с юристами «Комитета против пыток» о том, как законно проводить митинги и акции протеста. Встреча с ними прошла прямо на улице, у забора местной воинской части. Туда же, как писала Никитина, приехали шесть машин с полицейскими. «Сосны, мороз, революция. Обсуждение сопровождалось бурными восклицаниями жителей, превозносящими Дворцова и порицающими полицейских, которые замешаны в этой истории. Тучи сгущались. В итоге разговор с жителями был практически в окружении полицейских машин», — изумлялась она.

«Весь Дружный, весь поселок [поддерживает Дворцова]. Я бы еще привезла побольше, но у меня транспорта нет. Нет столько денег оплатить машины. А так все переживают и поддерживают, потому что знают Андрея с детства, какой он добрый, никогда никого не обидит, наоборот, поможет», — рассуждает Марина Дворцова.

Она заключает: «Плакать я не буду сейчас. Мы надеялись, что сегодня все решится. Человека избили и осудили несправедливо. Дальше будем бороться».

Все материалы
Ещё 25 статей