24 июля Симоновский районный суд Москвы арестовал политика Алексея Навального на 30 суток за призывы участвовать в митинге у мэрии в поддержку независимых кандидатов в Мосгордуму (часть 8 статьи 20.2 КоАП; повторное нарушение правил проведения митинга).

28 июля Навального увезли в 64-ю больницу с сильным отеком лица и покраснениями. В учреждении у политика диагностировали аллергическую реакцию. При этом его лечащий врач, офтальмолог Анастасия Васильева, пришла к выводу, что Навальный пострадал от неопределенных химических веществ.

Политика выписали из больницы на следующий день после госпитализации. Позже начальник спецприемника № 1 подал ходатайство в суд о приостановлении административного ареста на то время, что Навальный провел в больнице.

«Алексею в спецприемник прислали бумагу, что 22 августа состоится суд, на котором ему собираются прибавить к аресту те часы, которые он провeл в больнице, — несмотря на круглосуточный конвой, он якобы был свободен в это время», — написала в твиттере пресс-секретарь политика Кира Ярмыш.

Журналистов запускают в зал. Там уже находится Алексей Навальный.

— Очень рад вас всех видеть. Сегодня видел [Юлию] Галямину, ее привезли к нам, сегодня вечером закатим вечеринку, — говорит он журналистам. — У меня нет иллюзий относительно решения суда и возможности выйти на свободу в ближайшие два дня.

— Не грустите, что митинг большой пропустили? — спрашивает Навального кто-то из журналистов.

— Я бывал на митингах, и еще попаду, все нормально.

Теперь задают вопрос об иске «Мосгортранса» к Навальному и другим оппозиционерам за акцию 27 июля.

— Я видел иск, который мне принесли. Причем несколько штук. Заседание на сегодня назначено. Забавный иск. Там написано, что иск на 12 млн и расчеты прилагаются, но расчетов нет.

Потом Навальный добавляет:

— Путин использует белорусские наработки, там давно большие штрафы за митинги.

Навальный рассказывает о состоянии после госпитализации из спецприемника: «Несколько дней [после больницы] я был похож на человека, который пил несколько недель».

По словам политика, за 30 суток ареста он прочитал в спецприемнике 30 книг.

Потом Навальный начинает комментировать «московское дело»: «Очевидно сфабрикованные дела, описывая даже фабулу. <…> [Они хотят] бессмысленным актом террора напугать всех остальных».

Когда Навального спрашивают, чувствует ли он какую-то ответственность за арестованных, приставы прерывают беседу: «Уважаемые журналисты, время!».

​

— Буфет-то ещe работает? — спрашивает Навальный.

— С первого августа все, — отвечает адвокат.

В зале появляется судья Валентин Кулешов. Он сообщает, что начальник спецприемника Томозов, который подал ходатайство, не явился в суд. 

Адвокат Навального Вадим Кобзев сразу заявляет отвод судье, поскольку есть основания считать, что он лично или косвенно заинтересован в исходе дела.

Адвокат Кобзев объясняет заявленный отвод судье. Во-первых, суд не мог установить, какие именно действия Навального были противоправными, но привлек его к ответственности. Были нарушены права Навального: суд не дал необходимое время на ознакомление с материалами, нарушив тем самым право на защиту.

Суд не согласился вызвать на допрос полицейских, которые задерживали Навального, составляли протоколы и осматривали его фейсбук, продолжает Кобзев. Кроме того, суд нарушил правило подсудности, не перенеся дело в Тверской суд. Судья Кулешов показал всем этим свою заинтересованность и назначил максимально суровое наказание, подытоживает адвокат.

— Ваша честь, я поддерживаю заявление об отводе, — говорит Навальный. — Напомню, вы посадили меня за видео, но в материалах было видео моего досмотра <…> Я вообще сомневаюсь, что вы судья. Вот есть приключения Шурика, а есть приключения Кулешова.

Навальный подробно критикует судью Кулешова, который назначил ему 30 суток за призыв участвовать в акции, но при этом в материалах дела было только видео личного досмотра политика, а не его выступления.

«Такое возможно, конечно, только в Симоновском суде», — заканчивает Навальный.

Судья уходит в совещательную комнату.

Судья возвращается в зал. Он отклоняет ходатайство о своем отводе.

«Заслушав доводы Навального, суд счел его заявление необоснованным», — читает судья Кулешов.

Теперь адвокат Вадим Кобзев заявляет ходатайство о ведении протокола заседания, поскольку процесс, по его мнению, сложный и нужен допрос свидетелей. Судья, как и в прошлый раз, отклоняет ходатайство, но приобщает к материалам дела.

Затем защитник просит время на ознакомление с материалами дела. По словам адвоката, у него нет никаких документов, кроме обращения начальника спецприемника на трех листах.

Судья объявляет перерыв на 20 минут.

Судья вернулся. Теперь адвокат Навального Вадим Кобзев ходатайствует о вызове свидетелей. По словам адвоката, в ходатайстве в суд от уже бывшего начальника спецприемника говорится, что Навальный якобы какое-то время — 27-29 июля — не был под конвоем. Однако есть полицейские, которые могут подтвердить, что это не так — это Борисовский и Вишняков, которые конвоировали Навального в больницу.

Также адвокат просит допросить медиков Фомина, Потикаева, Сибикину, Кедрова и Васильеву.

— Это простая вещь. Я находился под круглосуточным арестом, охраной, как угодно сказать. <…> Это смешно, что сейчас они говорят, что я был свободен, — комментирует просьбу адвоката Навальный.

Судья отклоняет и это ходатайство.

​Судья Кулешов читает ходатайство начальника спецприемника. В нем говорится, что Навальный не отбыл более 18 часов административного ареста.

Адвокат Вадим ​Кобзев не согласен с продлением ареста. Начальник спецприемника просил приостановить арест Навального, однако он не имеет права этого делать по закону, считает защитник.

Утверждения начальника спецприемника о том, что Навальный был на свободе, находясь в больнице, — ложные. Он ни одной минуты не был на свободе, он при всем желании не мог сбежать из больницы, его все время сопровождали полицейские, настаивает адвокат.

Теперь выступает Алексей Навальный:

— Во-первых, формально. Когда ты находишься под арестом, ты должен знать об этом статусе. Если спецприемник снял с меня статус, меня как минимум должны были об этом уведомить. 

Навальный говорит, что в больнице все время находилось много полицейских. «Когда пришла моя жена и принесла еды, она писала заявление на передачу, чтобы мне разрешили взять еду в палату. Каким образом я не арестован?» — недоумевает политик.

Когда Навальный шел на МРТ в другое здание, его тоже сопровождали полицейские. 

— Сначала меня отравили какой-то фигней, очевидно, нанеся что-то на наволочку или на полотенце. У меня голова была такого размера! А теперь давайте еще мне добавим ареста! <…> Это совершенно было какое-то злонамеренное действие. Даже несчастные 18 часов — я провел их в больнице из-за действий каких-то людей, которые могут ходить, беспрепятственно заходить в камеры спецприемника, а теперь мне еще на это время надо продлить срок.

Судья уходит в совещательную комнату.

Навальный рассказывает, что после «всей этой больничной фигни» начальника спецприемника отправили в отпуск, а потом на пенсию. Когда политик вернулся из больницы, начальника Томозова уже не было в учреждении. 

Приставы выгнали из зала суда корреспондента Sota.Vision за аудиотрансляцию заседания. До этого пристав уже требовал от журналиста, чтобы тот прекратил трансляцию.

​Судья Валентин Кулешов возвращается из совещательной комнаты. Суд не находит оснований для приостановления ареста Навального на 18 часов, читает он решение. Срок ареста политику не будут продлевать.

​Судья перечисляет, на каких основаниях может быть приостановлен административный арест. Заявление начальника спецприемника о продлении ареста Навальному он отклоняет.

​Таким образом, Алексей Навальный должен выйти из спецприемника завтра, 23 августа, в 8:50.