«Прыгнул в реку Каменка и скрылся». В Ростове-на-Дону украинского пенсионера приговорили к 12 годам колонии за подготовку теракта
«Прыгнул в реку Каменка и скрылся». В Ростове-на-Дону украинского пенсионера приговорили к 12 годам колонии за подготовку теракта
Тексты
31 июля 2017, 11:15
29932 просмотра

Алексей Сизонович в Северо-Кавказском окружном военном суде. Фото: Владислав Рязанцев / Медиазона

Северо-Кавказский окружной военный суд вынес приговор 61-летнему гражданину Украины Алексею Сизоновичу: 12 лет строгого режима и штраф в размере 250 тысяч рублей. По версии обвинения, пенсионер планировал теракты в Ростовской области. До этого он якобы подрывал поезда на территории самопровозглашенной ЛНР, был схвачен там местными силовиками, но сумел бежать, прыгнув в реку с моста, а через месяц попался уже российским пограничникам. Сизонович говорит, что плавать он не умеет.

Судебный процесс по делу Алексея Сизоновича начался 26 июля и занял всего несколько дней. До этого его имя упоминалось в СМИ лишь раз — в феврале 2017 года украинский «Соцпортал» писал, что Сизоновича задержали в августе 2016 года в Изварино, когда тот ехал в российский Донецк, и он «вообще оказался активистом "Батьківщини" и БЮТ (Блока Юлии Тимошенко — МЗ) впоследствии». «С такой биографией не многие смогли бы перемещаться в ОРДиЛО (отдельных районах Донецкой и Луганской областей — МЗ)», — добавляло издание.

На первом заседании ростовского суда Сизонович — преждевременно состарившийся мужчина с глубокими морщинами на лице, безвольно опущенными плечами и поникшей головой — рассказал, что является гражданином Украины, родился 23 марта 1956 года в селе Пинчуки Васильковского района Киевской области, прописан в селе Малый Суходол, а живет в Краснодоне Луганской области. И Малый Суходол, и Краснодон с 2014 года контролируют силы самопровозглашенной ЛНР.

Дело рассматривала коллегия судей под председательством Романа Сапрунова — те же судьи участвуют в процессе другого жителя Краснодона, Артура Панова. Несовершеннолетнего Панова, который называл себя представителем «IV поколения революционной организации "Фракция Красной Армии"», задержали в Ростове-на-Дону в декабре 2015 года; его также обвиняют в подготовке теракта. Гособвинение в деле Сизоновича представлял прокурор Владислав Кузнецов (он известен своим участием в суде над Надеждой Савченко). Адвокат Евгения Вичканова была назначена подсудимому государством.

Сизоновича обвиняли в подготовке теракта (часть 1 статьи 30 и часть 2 статьи 205 УК), незаконном обороте взрывных устройств (часть 2 статьи 222.1) и незаконном пересечении границы России (часть 1 статьи 322). Он содержится в ростовском СИЗО-4. Представители украинского консульства в Ростове-на-Дону пытались попасть к Сизоновичу, но до вынесения приговора так и не смогли этого сделать.

Версия обвинения. Взрывы в урнах и на станции «Лихая»

По версии обвинения, в апреле 2014 года Алексей Сизонович вместе с «неустановленным следствием лицом» под псевдонимом «Владиславович» создал в Киеве преступную группу, которая планировала совершать взрывы на подконтрольных вооруженным сепаратистам территориях востока Украины. В Киеве Сизонович получил от «Владиславовича» мобильный телефон Sony Ericsson с установленным на нем мессенджером BBM (BlackBerry Messenger), с помощью которого и «поддерживалась связь между участниками преступной группы».

Сизонович, утверждает российское следствие, действовал за материальное вознаграждение; он изготавливал взрывные устройства и по указанию «Владиславовича» приводил их в действие на территории ЛНР — в обвинении упомянуты подрыв двух цистерн в Краснодоне в 2016 году (возможно, речь об этом случае) и найденная на железнодорожных путях у поселка Новоалександровка взрывчатка. Компоненты для самодельных взрывных устройств, следует из материалов дела, «Владиславович» оставлял в тайнике в поселке Новосемейкино (с 2014 года контролируется силами ЛНР). События, происходившие на территории самопровозглашенной республики, в обвинение не вошли.

В мае 2016 года Сизонович якобы получил от «Владиславовича» новое указание: сделать три СВУ «для передачи их в Краснодон Максименко Т.В., использующей в мессенджере ник "Тина" ". После этого его попросили изготовить еще два СВУ, полагает обвинение. Однако тогда Сизонович ответил, что у него нет времени, и передал Максименко только три СВУ и «две малые прилипающие мины промышленного изготовления».

Тогда же, в мае 2016 года, от «Владиславовича», «действующего во враждебном отношении к Российской Федерации и органам ее власти», Сизонович получил новое указание — отправиться в город Каменск-Шахтинский Ростовской области, чтобы осмотреть и сфотографировать городской железнодорожный вокзал и расположенную поблизости узловую станцию «Лихая». Обвинение настаивает, что фотографии нужны были для подготовки теракта.

Три СВУ и две мины в Ростовскую область из Луганской, говорится в материалах дела, перевезла именно Татьяна Васильевна Максименко; всю эту кладь она закопала у стелы на въезде в Каменск-Шахтинский. Через несколько дней Сизоновичу поступило указание встретиться в Каменске с «неустановленным следствием лицом по имени Василий». Мужчины решили переместить схрон со взрывчаткой в некое место возле нефтебазы «ТНК Юг Менеджмент» в черте города. Оба раза подсудимый пересекал границу России через КПП «Изварино», контролируемый отрядами ЛНР.

По версии обвинения, Алексей Сизонович планировал заложить одно СВУ в мусорную урну около железнодорожного вокзала Каменск-Шахтинского, другое — в урну на автобусной остановке, а мины разложить на путях станции «Лихая». Следователи ФСБ настаивают, что теракт должен был произойти в дни выборов в Государственную думу — 17 или 18 сентября 2016 года, — но не состоялся «по независящим от Сизоновича обстоятельствам».

Показания свидетелей. «Алексей Иванович, прыгали в реку?»

В суде Алексей Сизонович подтвердил, что признает вину — как и на стадии следствия. На вопросы судей пожилой мужчина обычно тихо отвечал: «Да».

Все десять указанных в деле свидетелей обвинения отказались явиться в суд, прислав телеграммы с просьбой провести слушания без них и огласить их показания. Никто из участников процесса не возражал, и все доказательства обвинения были оглашены за полтора часа.

Так, в материалах дела было указано, что схрон со взрывчаткой в Каменске-Шахтинском был обнаружен оперативниками ФСБ 17 сентября 2016 года при помощи свидетеля Александра Вячеславовича Ворошилова 1986 года рождения. Ворошилов рассказал, что 8 июля 2016 года он шел по окраине Каменска-Шахтинского и «увидел, как двое лиц что-то зарывали в землю». Тогда свидетель «не придал этому значения», переночевал у друга и поехал домой в Ростов-на-Дону.

«В сентябре 2016 года в сети интернет я увидел ролики с сюжетами о подготовке диверсий в Крыму, [тогда] я вспомнил о событиях [в Каменске] и 17 сентября явился в управление ФСБ по Ростовской области и дал показания об увиденном», — говорится в протоколе его допроса. По словам Ворошилова, он «указал точное место», а Сизоновича опознал на одной «из 21 фотографий лиц, подозреваемых в диверсионной деятельности на территории Ростовской области».

На украинском сайте «Миротворец», который собирает информацию о предполагаемых участниках конфликта на востоке страны, есть досье на уроженца Ростова-на-Дону Александра Вячеславовича Ворошилова 1986 года рождения; там он указан как «российский наемник». В своих соцсетях мужчина в камуфляже позирует с оружием.

Алексея Сизоновича впервые задержали 26 августа 2016 года при попытке подрыва железнодорожного полотна в районе села Дарьино-Ермаковка (село контролируется ЛНР), утверждал во время следствия «старший оперуполномоченный отдела контрразведки Министерства госбезопасности ЛНР» Кирилл Часовских. Сам он в задержании не участвовал.

По словам Часовских, также «была достоверно установлена личность Максименко Татьяны Васильевны, входившей в преступную группу», а «Владиславовичем» по «оперативной информации» являлся «полковник Главного управления разведки МО Украины Брожко Константин Владимирович».

Согласно свидетельским показаниям Часовских, «во время проверки показаний на месте Сизонович недалеко от КПП "Изварино" совершил побег, прыгнул в реку Каменка с моста и скрылся». На этих словах по коллегии судей пробежал смешок.

— Алексей Иванович, прыгали в реку? Откуда прыгали? Вам это не вменяется, просто любопытно, — спросил председательствующий Роман Сапрунов.

— Я плавать не умею, — тихо сказал пенсионер.

— Звучит так, что вы в вашем возрасте ведете активный образ жизни, — пошутил судья.

Кирилл Часовских также фигурирует на сайте «Миротворец». Судя по странице «ВКонтакте», это уроженец Оренбурга, который учился в Крыму. Он подписан на страницу «Новороссия. Особый отдел».

На этом же сайте упоминается и Виталий Иваненко, «старший оперуполномоченный сотрудник МГБ ЛНР». Он дал похожие показания — он рассказал, что расследовал дело о взрыве железнодорожного состава на станции Краснодон, в результате которого было уничтожено 127 тонн дизельного топлива и повреждены пути, а также несколько других дел о диверсиях. Иваненко утверждал, что по всем делам Сизонович проходил подозреваемым, и его доставили в Луганск.

По словам Иваненко, там Сизонович рассказал ему, что в «2014 году увидел на украинском канале телевидения информацию о поиске сотрудников Службы безопасности Украины, позвонил туда и познакомился с "Валентином Владимировичем" , ездил в Киев и поставлял информацию о передвижении техники и авиации».

В показаниях свидетель упоминал Татьяну Максименко как сообщницу Сизоновича. Он настаивал, что в сентябре 2015 года в Киеве в одной из квартир подсудимый «прошел обучение по подрывному делу». Иваненко тоже говорил, что Сизонович «совершил побег, прыгнув в реку с моста».

Оба свидетеля подчеркивают, что им неизвестно, где находился Сизонович с момента побега до попытки проникновения в Россию — и от Луганска, и от села Дарьино-Ермаковка до границы с Ростовской областью примерно 60 километров. Где и кто допрашивал свидетелей Часовских и Иваненко, из оглашенных в суде материалов дела осталось неясно.

Пограничники управления ФСБ Резников и Иващенко, а также свидетели Мядель, Голдобин и Карпухин, по словам судьи, дали показания относительно незаконного пересечения Сизоновичем границы. Протоколы их допросов были зачитаны в зале суда лишь «в общих чертах».

— Было такое, пересекали границу? — спросил судья Сизоновича.

— Да, — после паузы и глубокого вздоха ответил подсудимый.

Признание вины. «Добавить больше нечего»

На заседании 28 июля Алексей Сизонович фактически отказался давать показания. «Я подтверждаю все, что говорил на следствии. Добавить больше нечего. Вину признаю, раскаиваюсь», — тихо произнес он.

Гособвинитель Кузнецов огласил семь протоколов допросов Сизоновича в ходе предварительного следствия. В них сначала подозреваемый, а затем обвиняемый пенсионер сухим канцелярским языком рассказывает, что «границу без подтверждающих документов он незаконно пересек, поскольку хотел избежать уголовной ответственности на территории ЛНР». Говоря о подготовке теракта, он каждый раз добавляет новые подробности.

«Мне было достоверно известно, что на 18 сентября 2016 года в Российской Федерации намечены выборы депутатов Государственной Думы Федерального Собрания седьмого созыва, и проведением данного теракта я планировал их сорвать», — приводятся в протоколе слова Сизоновича.

Отвечая на вопросы суда, пожилой мужчина рассказал, что он 11 лет проработал в шахте в «комсомольской бригаде» на разных должностях — от машиниста подъемника до проходчика. По его словам, из родственников у него «есть сожительница и сестры», а также взрослые дети, которые «ничего не знают».

В ходе прений прокурор попросил суд приговорить Сизоновича к 12 годам колонии строгого режима и штрафу в 200 тысяч рублей. Адвокат Евгения Вичканова, обращая внимание на возраст подсудимого, состояние его здоровья, «деятельное участие в расследовании дела и искреннее раскаяние», просила смягчить наказание.

Выступать в прениях Алексей Сизонович отказался, а в последнем слове сказал, что «признает свою вину, раскаивается и просит наказать его минимально». Суд приговорил его к 12 годам лишения свободы в колонии строгого режима и штрафу в размере 250 тысяч рублей.

Все материалы
Ещё 25 статей