«Сначала картинки, а потом метро взрывают». Медсестра-активистка, мемы и статья 282 УК
Анна Козкина
«Сначала картинки, а потом метро взрывают». Медсестра-активистка, мемы и статья 282 УК
Тексты
6 апреля 2018, 11:42
25401 просмотр

Оксана Походун. Фото: личная страница в Facebook

Для Оксаны Походун из Красноярска запросили полтора года колонии за картинки «ВКонтакте». Обвинение считает, что они разжигают межнациональную и религиозную вражду; Походун утверждает, что интересуется мемами как культурным явлением и коллекционирует их в закрытом альбоме. «Медиазона» попыталась разобраться, как ФСБ получила к нему доступ.

3 апреля в ходе прений в Советском районном суде Красноярска гособвинитель Денис Углев запросил полтора года колонии-поселения для медсестры туберкулезного диспансера Оксаны Походун. Реальный срок, по мнению Углева, станет адекватным наказанием за 13 картинок, сохраненных на личной странице «ВКонтакте».

«Прокурор сказал, что политика такая, что такие преступления с такой позицией — только реальный [срок]. Еще, говорит, если бы признавала [вину], мы бы подумали. И там была брошена фраза, что вот сначала они картинки [публикуют], а потом они метро взрывают — ну, это личное мнение прокурора, как обычно», — рассказывает адвокат международной группы «Агора» Владимир Васин, представляющий интересы Походун.

Летом 2017 года ее обвинили в возбуждении ненависти по религиозному и национальному признакам (часть 1 статьи 282 УК) за изображения, которые она сохраняла на своей странице «Вконтакте» с июля 2015 по май 2016 года. Сама подсудимая настаивает, что доступа к альбому с картинками не имел никто, кроме нее.

«В нем я собираю коллекцию разных маргинальных мемов, которые ходят по интернету», — приводила пресс-служба «Агоры» слова Походун, которая связывает уголовное преследование со своей гражданской активностью.

Год в разработке

Уголовное дело в отношении медсестры возбудили в начале июня 2017 года, через пару дней после того, как комнату в коммуналке, где живет Походун, обследовали сотрудники ФСБ. Силовики забрали у нее мобильный телефон, изучили переписку в телеграме и «ВКонтакте».

Но поводом для возбуждения дела стали оперативно-розыскные мероприятия, которые прошли еще за год до этого визита сотрудников спецслужбы. Согласно материалам дела, старший оперативник отдела по защите конституционного строя и борьбе с терроризмом краевого управления ФСБ Артем Семенаха впервые осмотрел страницу активистки летом 2016 года, а осенью повторно изучил три из 13 опубликованных там изображений, которые он расценил как экстремистские.

Походун рассказывает, что в 2016 году была еще далека от уличного протеста, хотя активно писала комментарии «ВКонтакте». Но в 2017 году медсестра действительно стала постоянной участницей акций красноярских оппозиционеров: «прогулок», которые устраивали сторонники Вячеслава Мальцева, и антикоррупционных митингов Алексея Навального. При этом из материалов дела следует, что уже летом 2016 года оперативник Семенаха получил информацию о том, что Походун состоит в движении «Артподготовка» (хотя «прогулки оппозиции» начали проходить в Москве только в конце того года, а в регионах — и того позже). Сама активистка не согласна с таким определением: «Меня все к этой "Артподготовке" никак прилепить не могут. Ну да, я с ними ходила, но я себя не считаю "артподготовщиком"». В октябре 2017-го Красноярский краевой суд признал «Артподготовку» экстремистской организацией и запретил ее деятельность в России.

В декабре 2016-го Красноярское УФСБ направило в офис «ВКонтакте» запрос с требованием предоставить регистрационные данные страницы пользователя «Амалия Шаломеева» (таким ником пользовалась Походун), а также данные об IP-адресе и времени публикации заинтересовавших спецслужбу изображений.

3 апреля, комментируя новость о том, что гособвинитель запросил срок для Походун, пресс-служба «ВКонтакте» сообщила «Медиазоне», что компания «не получала постановление суда и не предоставляла никакой информации о данном пользователе». Однако в новости не было указано, что Походун создала страницу под псевдонимом. Согласно обвинительному заключению, соцсеть все же ответила на запрос ФСБ и предоставила данные, которые Походун указала при регистрации страницы (телефон и почтовый адрес), а также время публикации картинок, не сообщив при этом IP-адреса пользовательницы.

На вопрос «Медиазоны», предоставляла ли соцсеть ФСБ данные о пользователе «Амалия Шаломеева», пресс-служба «ВКонтакте» пока не ответила.

Распечатанный оперативником ФСБ скриншот страницы Оксаны Походун. Фото из материалов дела

Негативная оценка — разжигание ненависти

В апреле 2017 года сотрудники Красноярского государственного педагогического университета имени Астафьева — доцент кафедры психологии Ирина Маланчук и доцент кафедры общего языкознания Алла Кипчатова — подготовили экспертное заключение по картинкам, размещенным на странице активистки. Во всех 13 изображениях они нашли признаки унижения человеческого достоинства и разжигания розни по национальному признаку, либо по отношению к христианской религии или исламу. Давая обоснование своим выводам, эксперты были лаконичны.

В трех картинках использование слов «жид» и «хохлы» указывало на унижение человеческого достоинства и разжигание розни по национальному признаку. Одна из этих картинок, например — фото персонажа Сергея Светлакова из скетч-шоу «Наша Russia», который, сидя перед телевизором, комментирует новости. «Я не успеваю понять, кого ненавидеть. Хохлов, ИГИЛ, турков или черногорцев?» — гласила подпись.

В другой фотографии — известном снимке Гюльчехры Бобокуловой с головой девочки, которую она воспитывала как няня, и подписью «Рамзан! Не уходи» — эксперты усмотрели «негативную оценочность» по отношению к чеченцам и главе Чечни. Авторы исследования признали такую «оценочность» разжиганием ненависти и унижением человеческого достоинства целого народа.

Еще в двух ксенофобских демотиваторах с мусульманами эксперты нашли негативную оценку приверженцев ислама и приравняли ее к разжиганию межнациональной розни.

Несмотря на наличие экспертизы, подтверждающей позицию ФСБ, оперативник Семенаха передал результаты своей работы в СК только через два месяца после того, как получил заключение Маланчук и Кипчатовой, и через несколько дней после осмотра квартиры Походун.

Сотрудники спецслужбы пришли к ней 6 июня 2017 года. Сама медсестра уверена, что это не случайность — она была одним из заявителей акции сторонников Навального, запланированной на День России. «Возник вопрос — почему почти через год пришли. Потому что 4 июня я подписала как соорганизатор митинга [заявку] на 12 июня», — считает Походун.

Закрытый альбом — пассивное распространение

Защита не отрицает, что заинтересовавшие ФСБ картинки действительно были сохранены на странице Оксаны Походун. Но адвокат Васин и сама обвиняемая настаивают, что альбом с этими изображениями был доступен только владелице аккаунта.

«Этот альбом закрыт всегда. В этом альбоме есть и я, и близкие. Поэтому он никогда не был публичный, чтобы там [не] ходил каждый, — утверждает Походун. — А то, что среди них есть вот эти маргинальные мемы, ну, извините, почему я не могу себе под подушкой их сохранять? Меня мемы интересуют, потому что это культурное явление, оно отражает время. Все подряд, чего только нет».

Васин допускает, что сотрудники ФСБ могли получить несанкционированный доступ к странице активистки и таким образом узнать содержимое закрытого альбома. Он обращает внимание на скверное качество черно-белой распечатки скриншотов со страницы Походун, которые ФСБ и следствие представили в суде, так и не предъявив оригиналы скриншотов на электронном носителе, хотя в протоколе указывалось, что оперативник Семенаха сохранял картинки в файл Word.

Более того, в протоколе не отражено, с какого аккаунта вошел в соцсеть оперативник, а на распечатках обрезано время в нижнем правом углу. На скриншотах фотографий из альбома Походун в адресной строке почему-то указан URL всей страницы активистки или страницы с альбомами; в трех случаях адрес изображений не совпадал с реальным. Вопросы могла бы снять компьютерно-техническая экспертиза и осмотр в присутствии специалиста, считает Васин, но ни следствие, ни ФСБ их не провели.

В суде оперативник Семенаха объяснил отсутствие времени и даты в углу экрана тем, что редактировал скриншоты — в частности, обрезал их «в целях исключения <…> секретной информации, которая располагалась в правой части экрана на странице в социальной сети "ВКонтакте"».

Сомнения в достоверности доказательств у защиты вызывает и то, что в протоколе от 20 июня 2016 года на снимках экрана со страницей Походун запечатлены публикации от 14 июля. В суде Семенаха объяснял, что потерял приложение к протоколу и восстановил его через месяц, почему-то не поменяв дату.

Также в суде выяснилось, что понятые приехали ставить свои подписи под протоколом исследования уже после того, как документ был составлен; они не смогли точно назвать время, когда их вызвали. «Даты плавают у них. Один говорит: мы потом приходили в сентябре второй раз. Потом второй показания дает: а мы приходили зимой», — вспоминает Походун.

Активистка отмечает, что на скриншоте ее страницы указано общее количество фотографий — 146, хотя вместе с альбомом, в котором нашли «экстремистские» фотографии, их должно быть более четырех тысяч. Такое число указано в скриншотах самого альбома.

Походун уточняет, что речь идет об альбоме с сохраненными фотографиями. До января 2017 года пользователи «ВКонтакте» не могли ограничивать доступ к сохраненными фотографиям, соцсеть добавила такую опцию после того, как москвича Евгения Корта за сохраненную картинку осудили по статье 282 УК. Сначала его приговорили к реальному сроку, затем заключение заменили штрафом; Корт говорил, что не публиковал изображение на своей странице, а сохранил его случайно. Таким образом, в июне и сентябре 2016 года альбом Походун, скорее всего, был в открытом доступе. Более того, пресс-служба «ВКонтакте» сообщила «Медиазоне», что альбом с сохраненными фотографиями на странице Походун был в открытом доступе до осени 2017 года.

Походун трижды меняла свою позицию. Сначала она признала, что опубликовала «ВКонтакте» посты, скриншоты которых ей показывали сотрудники ФСБ при первом визите в ее комнату летом 2017 года. В разговоре с «Медиазоной» она утверждала, что это были посты, опубликованные уже в 2017 году и в итоге не вошедшие в дело.

Позже на допросах у следователя она объясняла, что разместила 13 спорных изображений в разделе «Сохраненные фотографии», не зная, что они будут доступны для публичного просмотра. Походун подчеркивала, что умысла на разжигание ненависти у нее не было: она придерживается демократических взглядов, не испытывает ненависти к людям других национальностей, вероисповедания, жителям других государств и регионов России.

И, наконец, в судебном процессе активистка настаивала, что альбом с изображениями, которые в ФСБ сочли экстремистскими, был закрытым, другие пользователи не могли видеть его содержимое.

Впрочем, остается неясным, почему на скриншоте, который, по утверждению оперативника Семанахи, был сделан летом 2016 года, общее число изображений не включает сохраненные фотографии. Защита допускает, что часть материалов сфальсифицировали задним числом, а протоколы составлялись не в то время, которое указал оперативник. Проверить его слова невозможно, поскольку на распечатанных скриншотах не осталось даты и времени.

Адвокат Васин ходатайствовал об исключении протоколов осмотра страницы его подзащитной за июнь и сентябрь 2016 года из-за нарушений, отмечая, что в отсутствие скриншотов в электронном виде доказательства невозможно проверить на достоверность, но судья Елена Богданова отказала ему в этом.

Защитник также отмечает, что под публикациями активистки не было ни лайков, ни комментариев. «Не было активных действий по рассылке, по пересылке, репостов, постов с этими картинками она не делала. Она просто их хранила. А у эфэсбэшников и эмвэдэшников есть такой термин, они его успешно вводят и даже в нашем суде говорили — пассивное распространение», — рассказывает адвокат.

В то же время версию следствия о публикации изображений в открытом доступе подтверждал свидетель Данис Хуснутдинов — на допросе он говорил, что регулярно проводит время в интернете, просматривая новости и соцсети. Весной 2016 года Хуснутдинов наткнулся на аккаунт Походун и увидел там изображения, которые оскорбляли его как мусульманина.

«Свидетель сидел у себя на вахте, случайно зашел на страницу именно к моей клиентке, в этот альбом, и увидел всю эту гадость, а он сам мусульманин. И вот его потом эфэсбэшники нашли с помощью оперативного мероприятия «наведение справок». Это невозможно. Это бред — найти человека с помощью наведения справок, тем более когда [«ВКонтакте»] не сохраняет историю посещений. Это их подставной человек», — уверен Васин.

Адвокат Евгений Смирнов из «Команды 29» допускает, что оперативники могут получить доступ к аккаунту «ВКонтакте» без ведома самого пользователя.

«На моей практике этого не было, но я слышал, что такие дела бывают. Я сталкивался и не с такими нарушениями закона от сотрудников правоохранительных органов»,— говорит Смирнов. Он добавляет, что теоретически, если альбом со спорными изображениями оставался в открытом доступе лишь некоторое время, а затем был скрыт, но срок давности по статье 282 УК не истек, уголовное дело все равно может быть возбуждено.

По словам Смирнова, статья об экстремизме предполагает обязательное доказывание умысла, но на практике следствие и суды обычно игнорируют это требование. «У них логика такая: если разместил — значит, у него есть умысел. Если разместил по неосторожности, то суды у нас к этому относятся очень скептически», — говорит адвокат.

«В Красноярске тишина»

После возбуждения уголовного дела у Походун начались неприятности на работе. О деле активистка узнала в августе 2017 года, когда вышла из отпуска; после этого ее под формальным предлогом уволили из диспансера.

«Я только вышла из отпуска, и меня через два дня увольняют. В личной беседе мне сказали так: лучше ты уволишься, а то все равно найдут повод. Там всю жизнь не хватает кадров, но неважно, что не хватает — все равно я должна была уйти. Потом я по суду восстанавливалась. В конце февраля этого года я уволилась, потому что было невыносимо, каждый день мне устраивали проверки», — объясняет теперь уже бывшая медсестра.

Уже месяц Походун работает на новом месте. Она уверена, что в конце следующей недели ей придется уйти и оттуда — активистка не сомневается в обвинительном приговоре. При этом она продолжает пополнять свой альбом, в котором, по ее словам, уже около пяти тысяч картинок.

10 апреля в суде в прениях выступит защита, а затем подсудимая — с последним словом.

«Вы что думаете, они меня не посадят? Посадят они меня. Ну потому что я публикую всякие вещи, репосты делаю, это им не нравится. У меня на ленту посмотришь — там же одна политика. И я же Путина не хвалю. Я не надеюсь [на условный срок], потому что меня десять раз предупредили знакомые, подруги, которые 100 лет со мной не общались, и тут появлялись: "Может, ты перестанешь публиковать фоточки, на всякие митинги ходить?"», — рассуждает она.

С сентября Походун действительно не участвует в «прогулках оппозиции» — после задержаний местных активистов «Артподготовки» по делу о несостоявшихся беспорядках 5 ноября «прогулок» в городе больше не проводят. Впрочем, Оксана по-прежнему не пропускает акций сторонников Навального, хотя и догадывается, что среди красноярских оппозиционеров есть внедренные силовики — на следствии против нее дали показания как минимум двое завсегдатаев «прогулок». Они утверждали, что активистка придерживается праворадикальных взглядов.

«В Красноярске тишина, никто не выходит, не гуляет. Все, кто приходил, гулял... Трое сидят в СИЗО, а я под следствием, меня еще раньше их посадят. А все остальные, кто гулял, это люди,[которые] в основном работали или приходили редко, — вспоминает активистка. — Мне неважно, "Артподготовка" это или не "Артподготовка", ну сидите, люди, дома, но потом не плачьте, что мы плохо живем. Если я одна буду выходить, конечно, меня проще одну закрыть».

Все материалы
Ещё 25 статей