Ошибка 282. Как помогут изменения политики «ВКонтакте» в реальном уголовном деле о мемах
Сергей Голубев
Ошибка 282. Как помогут изменения политики «ВКонтакте» в реальном уголовном деле о мемах
КМБУТексты
15 августа 2018, 9:22
8721 просмотр

Фото: Алексей Смышляев / Интерпресс / ТАСС

На фоне обсуждения однотипных уголовных дел за репосты картинок «ВКонтакте» руководство соцсети решило изменить политику конфиденциальности. Управляющий директор Андрей Рогозов перечислил три масштабных изменения, которые компания уже применила или собирается внедрить, чтобы бороться «против необоснованных преследований за публикации в интернете». «Медиазона» изучила материалы трех уголовных дел, в основу которых легли посты «ВКонтакте», чтобы оценить эффективность предлагаемых мер.

Альбом «Сохраненные фотографии» по умолчанию скрыт

(Работает с января 2017 года)

Тот факт, что альбом с сохраненными фотографиями пользователя уже второй год по умолчанию находится в приватном режиме, не означает, что за находящиеся там картинки не могут возбудить дело. Запустившая новую волну кампании против дел за мемы жительница Барнаула Мария Мотузная, согласно ее показаниям, начала сохранять мемы на своей странице еще в 2016 году. А потом она вообще удалила свою страницу.

Из показаний Мотузной

Обнаружив указанные изображения, я сохраняла их к себе в фотоальбомы, в альбом с наименованием «Сохраненные», а в дальнейшем те изображения, которые мне в большей степени хотелось продемонстрировать, я переносила в созданный мною ранее альбом с наименованием, состоящим из двух смайлов. Что за смайлы, уже не помню. <...> Указанная выше страница была удалена мною в ноябре 2017 года, в связи с тем, что решила создать новую страницу. Удалила ее из личных мотивов.

Однако еще в начале ноября 2017 года сотрудник Центра «Э» провел осмотр страницы Мотузной и отправил во «ВКонтакте» запрос для предоставления IP-адресов. Свидетели по делу Мотузной рассказали, что «обнаружили» ее страницу еще в середине 2017 года. О своем уголовном деле Мотузная узнала только в мае 2018 года, когда к ней пришли с обыском. Это было через год после «обнаружения» картинок свидетелями и через полгода после того, как Мотузная удалила страницу, забыв про нее.

С момента публикации «запрещенных» материалов могут пройти годы, а пользователь узнает о том, что в отношении него возбуждено уголовное дело, только когда непосредственно столкнется с оперативниками. Так, в деле активистки «Артподготовки» из Красноярска Оксаны Походун речь идет о картинках, выложенных еще в 2015 году, в то время как рапорт об их обнаружении был составлен оперативником Центра «Э» лишь 8 июня 2017 года.

«Никакого умысла на совершение преступления у нее не было, поскольку она не осознавала, что изображения, которые она размещает со своей страницы в альбоме "Сохраненные фотографии", доступны для публичного просмотра пользователями социальной сети. Она не предполагала, что в ее действиях может содержаться общественная опасность и они могут носить преступный характер, поскольку не рассчитывала, что указанные изображения могут быть доступны для ознакомления и копирования неограниченным кругом лиц», — пересказывались показания Походун в обвинительном заключении. Тем не менее, суд постановил, что в период размещения экстремистских изображений Походун пользовалась диалогами «ВКонтакте», а значит, согласно приговору, «не могла быть не осведомлена о наличии указанных материалов на своей персональной странице».

Список репостнувших запись недоступен никому, кроме автора

(Запустят в течение двух недель)

Как именно оперативники Центра «Э» находят «экстремистские» картинки на страницах пользователей, достоверно неизвестно. Причем в разных регионах это могут делать по-разному. Действительно, можно предположить, что сотрудники видят такое изображение на какой-либо из страниц и просматривают список людей, сделавших репост на свою стену. Но они также могут просто зайти в профиль конкретного пользователя и искать уже там.

Из допроса оперативника ЦПЭ по делу Мотузной

В [Центре «Э»] появились сведения о том, что в социальной сети «ВКонтакте» в сети «Интернет» пользователем «Мария Фролова» на ее личной странице в открытом доступе были размещены экстремистские материалы. С целью установления фактических обстоятельств по вышеуказанной информации мною в присутствии понятых было проведено оперативно-разыскное мероприятие «сбор образцов для сравнительного исследования». Таким образом, с помощью персонального компьютера, [расположенного в моем кабинете, я] осуществил вход в сеть «Интернет» с помощью программы браузер Internet Explorer. Затем произвел вход в социальную сеть интернета «ВКонтакте», <...> затем в командной строке введен электронный адрес [профиля Мотузной]. Проведен снимок экрана указанной страницы и скопирован в программу Microsoft Word.

В деле Походун аналогично описанное оперативно-разыскное мероприятие называется иначе: «исследование предметов и документов». Ни в том, ни в другом деле оперативники не объясняют, каким именно способом изначально обратили внимание на страницы обвиняемых. Поэтому оснований считать, что сокрытие списка репостнувших однозначно помешает им искать распространителей «экстремистских» картинок, нет.

Профиль можно сделать доступным только для друзей

(Запустят в течение месяца)

Вопрос о том, насколько приватным (для всех или только для друзей) является профиль «ВКонтакте» обвиняемого, судом не рассматривается — для вынесения приговора достаточно лишь формальных оснований: если страница существует, значит, ей пользуются, а если ей пользуются, то ее могут увидеть другие люди.

Так, в деле осужденного за репосты по статье 148 УК (оскорбление чувств верующих) инженера из Сочи Виктора Ночевнова следователь отправил во «ВКонтакте» запрос, в котором просил социальную сеть объяснить, имелось ли ограничение на просмотр его страницы и имелась ли у обладателя страницы возможность ограничить просмотр своей стены и материалов, размещенных на ней.

Из ответа «ВКонтакте» на запрос по делу Ночевнова

Каждый пользователь сайта имеет возможность ограничить доступ к материалам, размещенным на его странице, в том числе к записям на стене, размещенным другими пользователями (друзьями). Публикуя свои записи, пользователь может лишь частично ограничить доступ (видно только друзьям), однако смена настроек приватности не логируется в соответствии с техническими возможностями сайта.

Проще говоря, «ВКонтакте» ответила, что установить ограничения пользователь может, но выяснить, кому он разрешал видеть свою страницу, техническая служба не в состоянии.

Когда дело рассматривалось в суде, судья, пытаясь узнать, мог ли Ночевнов ограничить просмотр стены для других пользователей в определенный период времени, повторила запрос, однако «ВКонтакте» его проигнорировала. Тем не менее, это не помешало судье вынести приговор, постановив, что инженер «копировал фотографии, содержащие образы, изображения и высказывания, <…> выражающие явное неуважение к обществу», а значит, «обеспечил публичность своих действий». Мог ли Ночевнов включить просмотр только для друзей и воспользовался ли он этой функцией, судья оценивать не стала.

Отчеты и уведомления о запросах силовиков

(Пока обещали только раскрыть статистику)

После объявления о новой политике конфиденциальности сразу несколько человек предложили «ВКонтакте» добавить еще один пункт: отчетность о запросах со стороны правоохранительных органов. Соцсеть уже объявила, что действительно собирается открыть статистику поступивших запросов. Но от «ВКонтакте» также просят предупреждать пользователей, когда теми интересуются силовики.

Закон также прямо запрещает раскрытие «организационных и тактических приемов» разыскных мероприятий. За нарушение этого запрета «ВКонтакте» грозит штраф от 300 до 500 тысяч рублей.

Организатор распространения информации, каковым является «ВКонтакте», согласно постановлению правительства, утвержденному в январе этого года, при взаимодействии с уполномоченными органами должен «обеспечивать в соответствии с законодательством неразглашение любой информации о конкретных фактах и содержании такого взаимодействия третьим лицам».

Однако даже в случае нарушения постановления санкции за него для социальной сети не будет, полагает глава международной правозащитной группы «Агора» Павел Чиков. Как правило, запросы от сотрудников Центра «Э» и ФСБ приходят на стадии оперативно-розыскной деятельности, то есть до возбуждения уголовного дела. Юридической ответственности за разглашение содержания таких запросов и их наличия нет, поскольку «ВКонтакте» не является оперативным подразделением. К тому же, за разглашение данных следствия ответственность наступает только в том случае, если участник дает подписку о неразглашении, но с сотрудников «ВКонтакте» такую подписку никто не берет.

Подписывайтесь на «Медиазону» в Яндекс.Дзене и Яндекс.Новостях
  • Нашли ошибку в тексте?
    Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
  • Предложить свою тему редакции
Понравился этот материал?
Поддержите Медиазону
Все материалы
Ещё 25 статей