«Ну что, понял теперь?». Кемеровского блогера судят за нападение на полицейского, который его чуть не задушил
Сергей Голубев
«Ну что, понял теперь?». Кемеровского блогера судят за нападение на полицейского, который его чуть не задушил
Тексты
24 июля 2018, 11:12
8754 просмотра

Станислав Калиниченко. Фото: личная страница в Facebook

24 июня арестованный кемеровский блогер Станислав Калиниченко, которого обвиняют в нападении на полицейского (часть 1 статьи 318 УК), объявил голодовку в СИЗО — он протестует против тяжелых условий содержания в изоляторе и пыток. Его дело суд рассматривает уже около года, при этом Калиниченко настаивает, что сам стал жертвой избиения.

Блогер из Кемерово Станислав Калиниченко ведет «Живой журнал» с 2010 года; он освещал акции протеста, выкладывал видео о полицейском насилии и коррупции; последний пост в его ЖЖ датирован 15 июня 2017 года, предпоследний — августом 2016-го.

19 июля 2016 года Калиниченко вышел на улицу, чтобы пробежаться и позаниматься на турниках. Через два часа его брату Филлиппу начали приходить эсэмэски от Станислава, из которых следовало, что его задерживают и, как гласило последнее сообщение, «убивают» полицейские. Через некоторое время Филипп и мать братьев Калиниченко Рита Николаевна отправились в отдел полиции по Центральному району Кемерово.

«Вначале мы вообще его не видели. Они начали морочить нам голову: идите на задний двор, там административные задержанные. Мы раза три туда-сюда ходили, нас за нос так водили минут 20. Потом в очередной раз подходим к заднему входу, там стоит машина, "бобик", и мы слышим из этой машины крики. Это Стас кричал окровавленный и в наручниках: "Мама, я здесь!"» — вспоминает Филипп Калиниченко. По его словам, рядом с избитым братом сидел полицейский и заполнял какие-то документы.

2016-2018. «Прерванная асфиксия»

Вскоре Калиниченко все-таки затащили в наручниках в здание отдела, и еще несколько часов в помещении царила неразбериха: Филиппа, несмотря на нотариальную доверенность на представление интересов брата, не пускали внутрь, а самого блогера поместили в камеру для административно задержанных без составления каких-либо документов. Филипп утверждает, что пока он пытался попасть в отдел, из-за двери выглянул полицейский и ударил его по лицу; по данным Калиниченко, этого сотрудника МВД зовут Николай Рыбак; он же несколько раз ударил его мать, настаивает Филипп. Позже медицинская экспертиза зафиксировала у Риты Калиниченко несколько кровоподтеков на руках. У Станислава Калиниченко диагностировали ушибы и ссадины головы, гортани, мягких тканей грудной клетки, кровоизлияние в верхних веках и прерванную асфиксию.

Видеозаписей из отдела полиции Филипп Калиниченко не видел. Он подозревает, что их «скорее всего уничтожили». «Они сохранили только 15-минутный фрагмент, где его (Станислава — МЗ) уже пытаются затащить в камеру, а он кричит и сопротивляется. [На видео есть момент], где он якобы совершает насилие по отношению к полицейскому», — резюмирует Филипп. В тот же вечер в отделе появился следователь Следственного комитета Руслан Шалимов, который позже возбудил против задержанного дело по статье 318 УК (применение насилия к представителю власти). По версии следствия, около девяти часов вечера Калиниченко, находясь в комнате для административно задержанных, ударил полицейского головой в «область лица».

На следующий день Центральный районный суд Кемерово арестовал Калиниченко на сутки по части 1 статьи 19.3 КоАП (неповиновение полицейскому) — к тому моменту, когда суд вынес такое постановление, срок административного ареста истек, и блогера практически сразу же отпустили. Судья Александр Вялов установил, что Калиниченко «кинулся в драку с кулаками на наряд полиции, хватался за форменное обмундирование сотрудников, пытался повалить их на пол». На требования прекратить «противоправные действия» задержанный не реагировал, поэтому полицейские применили к нему «физическую силу и средства ограничения подвижности». Защитник Калиниченко Артур Сташ отмечал, что в основу доказательства вины по этому протоколу легли рапорты полицейских, которые сейчас проходят по уголовному делу как свидетели. Один из авторов этих рапортов — полицейский Кузнецов — признан по делу потерпевшим.

Блогер категорически отрицает такую версию событий — он настаивает, что сам стал жертвой полицейских, а не наоборот. Спустя несколько дней после инцидента Калиниченко направил в Следственный комитет заявление о преступлении, оно опубликовано в блоге на сайте «Новый Кузбасс».

В нем говорится, что на Дзержинской улице к Калиниченко подошли двое полицейских и попросили его подойти к припаркованной неподалеку машине. Там один из сотрудников МВД — Анатолий Опарин — достал ручку и бланк протокол, попросив Калиниченко своей рукой написать, что он пил алкоголь. «Так как я не пил спиртного, я написал в протоколе, что никакого алкоголя не употреблял», — подчеркивал блогер. После этого полицейские схватили его за руки и попытались посадить в машину. Когда сделать это не удалось, Опарин достал электрошокер и ткнул им Калиниченко. Угрожая шокером, полицейские все же усадили задержанного в машину и отвезли в отдел полиции «Центральный». Приехав в отделение на улице Шестакова, 34, они силой повели Калиниченко к зданию, где, несмотря на протесты блогера, полицейские уже «втроем или вчетвером» пытались протолкнуть его в дверной проем.

«Когда я понял, что мне просто могут сломать руки и ноги, я начал громко кричать: "Помогите, спасите, кто-нибудь!". Меня затащили в преддверие. Я кричал изо всех сил, чтобы услышали все, кто может услышать, — вспоминал Калиниченко. — Тогда Опарин обхватил меня за шею сзади рукой, перекрыв мне дыхание, чтобы подавить мой крик». Таким образом Опарин держал задержанного «некоторое время», пока левую руку Калиниченко «выворачивал сообщник» полицейского. Когда мужчина попытался освободиться, полицейские стали выкручивать ему и правую руку. По словам Калиниченко, из-за этого воздух в легкие перестал поступать совсем; он дважды терял сознание.

«Когда я первый раз потерял сознание и потом очнулся, я понял, что был на пороге смерти, но останавливаться полицейские не собирались. После моей первой потери сознания Опарин начал кричать: "Ну что, понял теперь?". Я, чтобы остаться в живых, начал хрипеть: "Да, понял, простите-извините!"», — говорится в посте Калиниченко.

Станислав Калиниченко. Фото: newkuzbass.ru

«До буквы, до цифры»

6 апреля Кемеровский областной суд решил изменить Калиниченко меру пресечения с подписки о невызде на заключение под стражу, хотя процесс по делу о нападении на полицейских продолжался к тому моменту уже около года.

Филипп Калиниченко убежден, что суд над его братом проходит с многочисленными нарушениями: так, подсудимого несколько раз удаляли из зала, а судья пытается ускорить процесс, не рассматривая ходатайства защиты и самого Калиниченко.

«Прежде всего, Станислав требует от суда и прокуратуры соблюдения всех норм закона, до буквы, до цифры. <…> Судья молодой, безграмотный. Три раза уже удалял Станислава Юрьевича с заседания. Мы в жалобе написали, что это одно из существенных оснований для отмены приговора. Поэтому он просто берет, удаляет, а потом возвращает», — рассказывает брат блогера.

Он добавляет, что после удаления Калиниченко с процесса стороны успели допросить нескольких свидетелей, однако потом удаление было признано незаконным. «Смех просто, цирк. Они (суд и обвинение — МЗ) не хотят уже никого заново допрашивать и исследовать. Тех, кого допрашивали, у них показания вразнобой. <...> Сейчас [свидетели] говорят, что ничего не помнят. Опарин на допросе у следователя говорил, что Калиниченко [получил травмы в отделе] поскользнулся. Другой свидетель говорил, что Станислав сам говорил: "Я сейчас ударюсь и вас потом обвиню"», — описывает Филипп ход процесса.

«Нахожусь на сухой голодовке»

Координатор штаба политика Алексея Навального в Кемерово Ксения Пахомова, которая внимательно следит за делом Калиниченко, в конце апреля опубликовала его жалобу на условия содержания в изоляторе. Арестованный блогер пишет, что в СИЗО-1 на него оказывают давление: после того, как Калиниченко передал своему адвокату несколько жалоб, его перевели в подвальную камеру, конвоиры стали водить его по коридору в наручниках, а один из сотрудников ФСИН «угрожал физической расправой». В подвале СИЗО очень сыро и холодно, отмечал Калиниченко, в помещении завелись насекомые; когда на улице тает снег, в камеру затекает талая вода.

24 июня Калиниченко принял решение отказаться от еды — незадолго до этого, как утверждает его брат Филипп, блогера поместили в карцер на 15 суток и пытали электрошокером. Сейчас голодовка Калиниченко продолжается уже более двух недель. Филипп Калиниченко отмечает, что блогер все еще находится в подвальном «карцере». «Ему поступали и поступают угрозы избиений и убийства от высокопоставленных сотрудников ФСИН по Кемеровской области», — говорит он. По словам брата, «факт голодовки пытаются скрыть»: «Общественная комиссия и местный уполномоченный по правам человека действуют в интересах начальника СИЗО Зеленкова и вышестоящих сотрудников». За время голодовки Калиниченко похудел на 15 кг.

25 июня арестанта избили сотрудники изолятора, он написал об этом заявление в прокуратуру. Через несколько дней региональное управление ФСИН отчиталось, что провело проверку сообщений о пытках Калиниченко. В ведомстве рассказали, что на самом деле блогера привлекли к дисциплинарной ответственности «за нарушение правил внутреннего распорядка» СИЗО-1. «Данное нарушение было зафиксировано на видеокамеру, в тот же день Калиниченко отказался от приема пищи, факт отказа от приема пищи зарегистрирован», — рассказали в пресс-службе. ФСИН добавила, что спецсредства к Калиниченко, в том числе электрошокер, не применялись.

В мае Филипп Калиниченко направил подробную жалобу о происходящем в СИЗО в Генеральную прокуратуру и аппарат Уполномоченного по правам человека. В заявлении брат арестованного отмечает, что тот передавал ему множество жалоб на условия содержания в изоляторе; кроме того, сам Калиниченко подавал письменные заявления начальнику учреждения. Все они, утверждает Филипп, были проигнорированы. После многочисленных жалоб администрация СИЗО №1 «начала не только оказывать давление на содержащихся там граждан и, прежде всего, моего брата, а еще активнее продолжила всячески ущемлять права и ухудшать положение находящихся там», отмечал Калиниченко.

Брат блогера пишет, что в апреле после жалобы в прокуратуру Станислава Калиниченко перевели «в нежилое подвальное — подземное, холодное, сырое помещение №78, где он был оставлен на растерзание крысам и от нечеловеческих условий: низкой температуры и высокой влажности, находился при смерти без оказания какой-либо медицинской помощи». Вскоре, пишет Калиниченко, его перевели в «подземное помещение №63», где тоже «отсутствует пол, присутствуют насекомые и грызуны».

На сайте «Гулагу.нет» опубликовано несколько сообщений о нарушении прав заключенных в кемеровском СИЗО-1. Так, в жалобе арестованного по имени Руслан Юнгблюд говорится, что его держат на цокольном этаже, где нет естественного освещения и стоит «запах канализации»; кроме того, камеры «кишат насекомыми и крысами». Юнгблюд, сказано в заявлении, еще в апреле объявил голодовку. После угроз сотрудников СИЗО арестант совершил «акт чреновредительства в виде ушивания себе губ швейной иголкой и ниткой».

В жалобе другого заключенного — Алексея Кириловича — говорится, что в январе 2018 года в СИЗО-1 ввели спецназ, который находился в изоляторе «до середины апреля в целях устрашения обвиняемых и подследственных». Кирилович обвиняет администрацию СИЗО в том, что заключенных незаконно помещают в «резиновый карцер» и ставят на профилактический учет. Вслед за Калиниченко и Юнгблюдом он упоминает камеры без естественного освещения и крыс. Кирилович также объявил голодовку, сказано в обращении.

2013-2015. «Как я судился с ФСБ»

Это не первое уголовное дело, по которому проходил Калиниченко. 8 июля 2013 года следственный отдел управления ФСБ по Кемеровской области возбудил против него «дело о ретвите» — тогда подобная практика еще не получила повсеместного распространения, и случай Калиниченко широко обсуждался. Поводом стал ретвит поста с фотографией оппозиционной листовки «Брось ходить на митинги и начинай действовать!». Уже через несколько дней блогера допросили в качестве свидетеля и провели у него обыск.

«11 июля 2013 года в 8:25, когда я выходил на работу, в мою квартиру ворвался сотрудник ФСБ Картуков Дмитрий Николаевич с группой ментов из отдела по борьбе с экстремизмом (Евгений Костюкевич, Сергей Кочетков, Геннадий Широков). Веселая компания была сопровождаема подставными понятыми — молодыми людьми студенческого возраста – Романом Журавлевым и Дмитрием Ляховым, а также — студентом Кемеровского университета Евгением Литяевым, который был привлечен для открывания корпуса компьютера отверткой и извлечения жестких дисков», — описывал первый визит силовиков Калиниченко. В итоге у него забрали компьютер, телефон, диктофон и несколько карт памяти.

Блогер утверждал, что дело возбудили «по наводке Антона Горелкина» — в то время руководителя главного управления по работе со СМИ в администрации Кемеровской области, а сейчас — депутата Госдумы от «Единой России». «Антону показалось, что фотографию разместил я, и, самое главное, показалось, что на фотографии — призывы к порче чужого имущества. Кроме того, в своем письменном пояснении губернатору Аману Тулееву Антон упомянул, что я, дескать, очень не люблю российскую коррупционную власть, и что пишу о своей нелюбви в интернете и снимаю ролики», — утверждал Калиниченко.

После обыска и допроса наступило затишье, но 6 ноября 2013 года блогера задержали, чтобы предъявить ему обвинение по части 1 статьи 280 УК (публичные призывы к экстремистским действиям). В блоге Калиниченко подробно описал все, что происходило с ним во время расследования дела и последующего процесса. Сам суд, по его словам, происходил «с максимально возможными нарушениями».

Калиниченко писал, что судья седьмого участка Заводского района Кемерово Наталья Ницук решила рассматривать дело в закрытом режиме, но еще до этого она запретила снимать заседания на видео и выгнала из суда слушателей. «Процесс длился два года. Два года без возможности трудоустроиться, работать, платить присужденные таким же "судом" алименты (бывшая жена подала заявление в разгар процесса, а потом дала в суде по моему уголовному делу показания против меня), оплачивать услуги адвоката. Если бы не поддержка добрых людей из организаций "Агора", "Мемориал", Сергея Чувичкина и моего родного брата – в судах мне пришлось бы туго», — вспоминал Калиниченко.

В итоге в марте 2015 года судья Ницук признала блогера виновным и назначила ему штраф в 120 тысяч рублей. Впрочем, решение суда Калиниченко исполнять не пришлось из-за амнистии.

Все материалы
Ещё 25 статей