«Ты посмела забрать моих детей и ты об этом сильно пожалеешь». История о традиционных ценностях
«Ты посмела забрать моих детей и ты об этом сильно пожалеешь». История о традиционных ценностях
Тексты
19 января 2017, 13:22
46404 просмотра

Вид с перевала Цей-Лоам в Ингушетии. Фото: Сергей Фадеичев / ТАСС

Полтора года назад в Ингушетии пропала Марем Алиева — самая молодая из жен влиятельного жителя Сунжи Мухарбека Евлоева. Местные полицейские объявили женщину в розыск, однако никаких следов Алиевой так и не обнаружили. Тем временем ее старшая сестра Елизавета была вынуждена уехать из республики — после попытки выяснить судьбу Марем угрозы стали поступать ей самой.

Большая семья

Марем Алиевой было 16 лет, когда ее похитил 36-летний Мухарбек Евлоев. На тот момент — в 1994 году — у него было две жены и шестеро детей. Марем заканчивала среднюю школу и жила у родни: ее мать и отец умерли, а старшие братья погибли во время осетино-ингушского конфликта. Спустя несколько дней после исчезновения девушки к родственникам Алиевой пришли сваты и объявили, что Евлоев намерен жениться на школьнице. Отказаться от этого брака семья Алиевой не могла: согласно местным традициям, это считалось бы позором — ведь Марем провела несколько дней в доме похитителя. Кроме того, Евлоев — состоятельный зрелый мужчина, имевший немалое влияние в республике — представлялся родственникам выгодной партией для сироты.

Старшая сестра Алиевой Елизавета к тому моменту вышла замуж и жила со своим мужем Русланом Мамиловым в Казахстане. Вскоре после свадьбы Евлоев увез Марем в Челябинск. Уже спустя несколько недель замужества она по телефону жаловалась сестре, что муж ведет себя агрессивно, постоянно устраивает скандалы и время от времени избивает ее.

«Женщину он за человека не считал, и всегда говорил, что Марем — его вещь. С первых дней начал показывать, что он хозяин в доме, и что она должна его слушаться. Вел себя просто как садист», — говорит Елизавета Алиева. Однажды, чтобы наказать Марем, Мухарбек отрезал ей ногтевую фалангу большого пальца на левой руке.

К старшим женам, по словам Марем, Евлоев относился не лучше. В конце концов он выгнал из дома их обеих, запретив видеться с их сыновьями и дочерями. Когда Марем забеременела, муж привез ее обратно в Ингушетию, и они стали жить в Сунже вместе с его старшими детьми, почти ровесниками Марем.

За десять лет у Мухарбека и Марем родились трое детей-погодков — две дочери и сын. Елизавета с детьми и мужем вскоре тоже вернулась в республику. Они поселились в соседней Назрани, сестры виделись довольно часто. Все это время Марем продолжала рассказывать Елизавете о взрывном характере мужа, продолжавшего время от времени отыгрываться на домочадцах.

В 2013 году в доме Евлоевых случилось несчастье: погибла Хади, старшая дочь Мухарбека от первого брака. Окровавленное тело 18-летней девушки нашли в одной из комнат, в левой руке был зажат пистолет. Это показалось Марем подозрительным: Хади была правшой. «Сестра не верила, что дочь Евлоева застрелилась сама. Он издевался над ней, бил ее. Девочка жаловалась, что отец заходил к ней ночью и трогал ее», — говорит Елизавета. Марем в разговорах с сестрой предположила, что ее муж мог убить дочь, чтобы скрыть «какой-то свой позор».

«Может быть, он ее изнасиловал, но мы точно об этом не знаем — после того, как тело девочки обнаружили, он похоронил ее спустя два часа. Никаких экспертиз, какие обычно назначают, не проводилось. А приехавшие по вызову полицейские и следователи стояли во дворе и предлагали Евлоеву помощь. Говорили: "Обращайся, если что-то понадобится"», — вспоминает Елизавета рассказы сестры.

Вскоре после смерти Хади из дома Евлоева сбежала другая его дочь — Марет. Девушка тесно общалась с сестрами Алиевыми. Вместе они записали видео, на котором видны следы от побоев на теле Марет. Позднее видео было размещено на Youtube.

После смерти Хади Марем все чаще говорила, что боится за своих дочерей. И хотя избиения не прекращались, оставить детей с неуравновешенным мужем она не могла.

«Какое твое дело, не лезь в чужую семью»

Сам Мухарбек Евлоев, говорит Елизавета Алиева, лишился матери в раннем детстве — ее, якобы за супружеские измены, убили братья мужа. «Может быть, он думает, что все женщины похожи на его мать, и это в голове у него осталось с детства», — предполагает Елизавета.

В Сунже у Евлоева оснащенный видеокамерами просторный дом. Официально он нигде не работает, однако местные знают, что в городе у него есть несколько торговых точек.

Родственники сестер Алиевых и Евлоева знали, что Мухарбек замечен в рукоприкладстве, но вмешиваться в дела семьи в Ингушетии не принято. Несколько раз Марем пыталась бежать от побоев, но каждый раз возвращалась — либо под давлением родных, либо из опасений за жизнь и здоровье собственных детей. «Мама, пожалуйста, вернись домой», — плакала в трубку ее старшая дочь Зарема. С годами отношения Марем с Мухарбеком становились только хуже.

В июле 2015 года Марем пришла к сестре в ссадинах и синяках; ночью муж наполовину обрил ей голову и грозился плеснуть в лицо кислотой. «Она очень красивая, моя сестра, и молодая. Он же старик и поэтому ревновал ее», — объясняет Елизавета.

Тогда Марем и решила, что дома ей оставаться опасно. В Ингушетии ее бы быстро нашли, поэтому сестры решили, что ехать надо в Грозный — «там хотя бы Рамзан есть, и вообще, как-то построже с этим». Марем вернулась домой, собрала детей и, как только муж отлучился по делам, вызвала такси. Действовать приходилось осторожно: сыновья Евлоева могли сообщить отцу, что его жена пытается сбежать. Поэтому дети сделали вид, что идут играть во двор, а сами со всех ног бросились к машине.

В тот же день сестры обратились в полицию. Правда, принимать заявление там не хотели. «Они так мне и говорили: "Какое твое дело, не тебе лезть в чужую семью". Они все знают Евлоева. Либо куплены им, либо родственники его», — злится Елизавета. Когда стало понятно, что заявление у них не примут, Алиевы поехали в Чечню. Старшая сестра отдала Марем кольцо с бриллиантом, чтобы она, продав украшение, могла снять в Грозном квартиру.

Когда Елизавета ехала домой, ей позвонил старший сын. Юноша говорил, что к ним заявились племянники и братья Евлоева, вытащили его на улицу и избили, требуя рассказать, где прячутся его мать и Марем. Елизавета подъехала к своему дому вместе с полицейскими. В этот момент от их двора отъехали два автомобиля. «Вот они, смотрите, вот они едут. Задержите их, они избили моего сына!» — кричала Елизавета. Она хотела написать заявление на Евлоева, но сотрудники МВД принимать его тогда отказались: «Вы с ним родственники и все равно потом придете свое заявление забирать».

На следующий вечер, 9 июля 2015 года, Елизавета была дома с племянницей и младшей дочерью, когда услышала, как у ворот паркуется автомобиль. «Я сразу поняла, что это он», — говорит женщина. Выйдя во двор, она увидела, как два человека в камуфляже лезут через забор. «Почему вы лезете через ворота, я бы вам открыла», — крикнула им Алиева, а сама начала пятиться к двери дома — «хотела закрыть девочек на ключ, чтобы они к ним не зашли». Увидев это, один из нападавших схватил ее и ударил ее по голове.

«Я узнала его. Я говорю ему: "Мурат, ты же к нам в гости приходил! Ты приходил к нам как друг, как брат". На что он мне сказал, что если дядя скажет ему меня убить, то он меня завалит», — говорит Елизавета. В это время сам Евлоев вышел из машины и вместе со своими родственниками ворвался в дом. Алиеву втолкнули внутрь, а ее племянница и дочь, услышав крики, выбрались через окно и побежали прочь через огород.

Евлоев требовал сказать, где прячутся Марем и дети. Елизавета пообещала ему, что покажет.

«Думала, что если мы поедем в сторону Магаса, то я там на блок-посту буду кричать, и полиция обратит внимание. Сестры не было же там. Они схватили меня за волосы и по всему дому, по всем ступенькам, по двору потащили меня к машине. Я все это время кричала от боли. Я умоляла оставить меня и мою сестру в покое. Но Евлоев считает, что если жена ушла от него, то это позор, особенно, если она с детьми ушла. Его унизили, он так считает», — рассказывает Алиева.

Елизавету затащили в припаркованный у ворот Land Rover, на заднем сиденье которого смирно сидел ее муж Руслан. В машину поместились восемь человек. Евлоев уселся на переднее пассажирское сиденье, и они поехали. Заметив, что автомобиль почему-то двигается в сторону городской свалки, Елизавета запаниковала: «В этот момент у меня что-то внутри сломалось. Я думала, что он меня убьет. Одно радовало: что он детей моих не забрал с нами».

В какой-то момент Land Rover начали преследовать полицейские, прибывшие по вызову соседей Алиевой. «Давай, топи, не останавливайся», — скомандовал Евлоев водителю; автомобиль набрал скорость, а оторвавшись от полицейского УАЗа, резко свернул в темный переулок. Водитель заглушил мотор и выключил фары. Полицейский автомобиль, не заметив этого маневра, проехал мимо.

Елизавета начала кричать; сидевший рядом мужчина зажимал ей рот. Плачущая женщина гладила одного из похитителей по лицу и умоляла ее отпустить. «Пожалуйста, скажите, что вам надо! Я поеду с вами куда вы скажете», — приговаривала Елизавета. Через несколько секунд один из нападавших вышел из автомобиля, чтобы заглянуть за угол и проверить, нет ли там полицейской машины.

«Я поняла, что это мой шанс. Я со всей силы рванулась на улицу. Тот, что был за рулем, попытался схватить меня за футболку, порвал ее, но я все равно выскочила, побежала и начала звать на помощь, чтобы люди вышли», — рассказывает Елизавета. Она успела добежать до поля, упала в высокую, по пояс траву и замерла. Похитители посветили вслед беглянке фарами, но не увидели ее. Затем они вытолкали ее мужа из машины и уехали.

Несколько минут Елизавета пыталась отдышаться, лежа в траве, а потом тихо окликнула мужа, встала с земли и побежала к нему. «Я ужасно боялась за детей. Я думала, что Евлоев сейчас едет к нам домой и хочет с ними что-нибудь сделать», — объясняет женщина. В этот момент мимо них проехал полицейский автомобиль. Отчаянно пытаясь объяснить, что произошло, Елизавета сорвалась и закричала на полицейских: «Я вас вчера просила заявление это гребаное забрать. Вы видите, что этот человек делает? А если бы он меня убил?».

В тот же день Елизавета с мужем написали на Евлоева и его родственников заявление о похищении. Тогда Мамилов подтверждал показания супруги. Через несколько месяцев мужчина отказался от своих слов и сказал следователям, что его жена все выдумала.

«У меня для тебя сюрприз»

Марем была в Грозном, когда узнала, что ее муж похитил сестру и угрожал ей. Она срочно приехала в Ингушетию и вслед за сестрой написала заявление в полицию, рассказав, как Мухарбек ее бил. На этот раз заявление приняли, и Марем вернулась в Чечню. Сестры знали, что Евлоев не оставит попыток найти жену. Ситуация начинала казаться безвыходной.

С сотрудниками «Правовой инициативы по России» Елизавета Алиева познакомилась случайно, когда по дороге к сестре внезапно для самой себя разрыдалась в маршрутке. К ней подошла женщина, представилась Фатимой и спросила, что случилось.

«Сначала Лиза говорила, что ситуация безвыходная, и ей никак не помочь. Но мы пообщались с ней, а потом с Марем, и решили, что она должна покинуть Ингушетию как можно скорее», —говорит юрист «Правовой инициативы по России» Бике Гюльмагомедова. Правозащитники помогли Марем уехать из Ингушетии вместе с детьми, вместе с ними от отца убежала и старшая дочь Евлоева Марет. Тем временем по всей республике были расклеены листовки о розыске Марем; в объявлениях говорилось, что она мошенница и колдунья, которая ограбила своего мужа.

После того, как Марем уехала, к Елизавете домой зачастили их родные и родственники Евлоева. «Старики вставали на колени, умоляли, чтобы моя сестра вернулась к мужу. Они клялись, сам он трижды клялся на Коране, что никогда больше ее не тронет, только бы она вернулась с детьми домой», — рассказывает Елизавета.

Шли дни, а родственники не отставали; все они знали, что Мухарбек бьет жену, но все равно за него ручались. «Не знаю, как получилось так, но я ему поверила и уговорила ее вернуться. Я думала: как же она будет сама справляться с тремя детьми, на что она будет жить. Я подвела сестру — я согласилась ее привезти в Ингушетию. Она чувствовала, она знала, что он убьет ее. Я говорила ей, что он поклялся, что больше не будет ее трогать. Обманул меня… Обманул он меня», — сокрушается теперь Елизавета.

29 августа 2015 года Марем с детьми были дома. Евлоев, казалось, попытался начать семейную жизнь с чистого листа: объехал родственников жены, как будто бы снова к ней сватался, просил прощения и говорил, что раскаивается. Елизавета поверила, что он изменился. Но через неделю Марем рассказала сестре, что ее избил один из старших сыновей Евлоева Султан.

«Вы привезли меня обратно, чтобы он меня убил. Я спаслась, но вы меня вернули», — плакала Марем. Елизавета порывалась поговорить с Евлоевым, но Марем попросила сестру молчать — Мухарбек пообещал, что расправится с женой, если она снова кому-то пожалуется.

19 сентября в телефонном разговоре Марем рассказала сестре, что ночью муж стоял возле ее кровати и обещал ее убить.

«Ты посмела забрать моих детей и ты об этом сильно пожалеешь», — пересказывала Марем слова Мухарбека. На следующее утро он отправил детей в школу. «А тебя сегодня ждет сюрприз», — сказал Евлоев жене. К полудню в доме собрались несколько мужчин: брат его старшей жены (по словам Елизаветы, «очень серьезный ваххабит») и его двоюродный брат. Через экран камеры наблюдения Марем видела, как мужчины что-то обсуждают, сидя за столом. На всякий случай она позвонила сестре.

«Если мой номер через полчаса не будет работать, Лиза, спаси меня», — попросила Марем. Это был последний разговор Елизаветы с сестрой. Через полчаса телефон Марем был выключен. Елизавета позвонила старшей племяннице. «Зарема, где мама?» — спросила она, но девочка с братом и сестрой были еще в школе.

Зарема перезвонила Елизавете только через несколько часов. «Тетя, ты к нам больше не приезжай. Мама 20 тысяч долларов у отца украла и сбежала», — захлебываясь от слез, сообщила девочка. Елизавета попросила мужа срочно отвезти ее в Сунжу.

Евлоев долго не открывал калитку. Тогда Елизавета подняла камень и начала колотить им по воротам. Звук от ударов разносился по улице, удивленные соседи выглядывали в окна. Мухарбек был вынужден отпереть и впустить Елизавету. В доме, кроме хозяина и детей, как и говорила по телефону сестра, находились еще двое мужчин.

Елизавета забежала внутрь. Все трое детей Марем тихо сидели в углу, «как побитые котята», но увидев тетю, разом заплакали. На ковре в гостиной Елизавета увидела тапок сестры и клок искусственных волос — после того, как муж ее обрил, Марем сделала капсульное наращивание.

Дети рассказали, что когда они вернулись из школы, то видели окровавленную веревку с петлей — «как та, на которую привязывают коров». Фен Марем тоже был весь в крови. Рассказ детей прервал вошедший в комнату Евлоев. Елизавета бросилась ему в ноги, обхватила за колени и начала умолять пощадить сестру. «Если ты ее ранил, я ничего не скажу. Если у нее есть рана, то ничего страшного, главное, отпусти ее», — взмолилась женщина. В ответ Мухарбек с силой ее пнул. «Все увидела? Уходи теперь», — сказал он. Елизавету вытащили за ворота.

В полиции пообещали, что искать Марем, как и положено, начнут через три дня. Родственники, несколько месяцев назад просившие за Евлоева, ничем не могли помочь. «А может, она действительно убежала с деньгами, откуда я знаю», — выразил общее мнение один из стариков, чаще всех ходивший к Елизавете домой. Родственники сестер Алиевых, опасаясь за свою жизнь, помогать отказались.

Срочный отъезд

Марем объявили в розыск. К Алиевой все чаще приходили старшие родственники и племянники Мухарбека. На этот раз они просили, чтобы Елизавета забрала заявление о похищении. Вскоре Евлоеву были предъявлены обвинения в похищении двух человек, совершенном группой лиц с применением оружия (пункты «а», «г», «ж» части 2 статьи 126 УК). Некоторые из парламентеров угрожали женщине расправой, другие обещали ей деньги — 2 млн рублей. Сам Евлоев однажды предложил Елизавете встретиться в кафе и поговорить. «А если у твоего старшего сына найдут наркотики или оружие, что ты будешь делать?» — спросил ее один из племянников Мухарбека.

В это же время муж Елизаветы развелся с ней и переехал к своему брату. Вместе с ним Руслан обратился в следственное управление СК и дал новые показания о своем похищении — теперь по его словам выходило, что бывшая жена выдумала историю с поездкой на Land Rover. Старших сыновей он попросил показания против Евлоева не давать. «Они сильные люди, что тут сделаешь. А вашей матери говорили, чтобы она не лезла в чужую семью», — объяснял детям Мамилов. Он до сих пор так и живет у брата, говорит Елизавета, работает в магазине Евлоева и собирается снова жениться.

«Его семье угрожают, а ему ничего. Может, он с ними с самого начала был, я не знаю. Вы извините меня, конечно, но он — конченая тряпка», — презрительно отзывается о бывшем муже Елизавета.

С помощью юристов из «Правовой инициативы по России» Алиевой удалось добиться, чтобы ей и ее детям предоставили госзащиту. Правда, все сотрудники полиции, охранявшие семью, хорошо знали Евлоева — некоторые из них тоже уговаривали Елизавету забрать поданное заявление.

«Начальник госзащиты мне лично говорил: "Зачем тебе это надо? Возьми деньги. Они отпустят твою сестру, когда все успокоится". Нас так охраняли, что евлоевские люди приходили к нам все равно. Стало понятно, что моей жизни и моим детям угрожают. Нам надо было убегать оттуда», — объясняет Елизавета. Однажды перед домом Алиевой взорвалась граната. Правозащитники помогли женщине выбраться из республики, но даже в Москве Евлоев через диаспору пытался ее отыскать.

Тем временем, в Ингушетии начался суд по делу о похищении. 56-летний Мухарбек Евлоев был заключен под домашний арест. Вместе с ним под следствие попали его сын Султан, а также племянники Мусса Евлоев и Мурат Парагульгов. Ни один из них свою вину в похищении Алиевой и ее мужа не признал. 2 февраля в Магасском районном суде должны начаться прения сторон.

По словам адвоката Виталия Зубенко, представляющего интересы Елизаветы, Евлоев регулярно приходит в суд, но в основном молчит; на заседаниях он демонстративно пользуется слуховым аппаратом. Защитник подсудимого утверждает, что у его клиента диагностирован диабет и другие серьезные заболевания. «При этом ни одно из них не препятствует отбытию наказания в местах лишения свободы», — уточняет Зубенко.

Муж Елизаветы уже выступал в суде: он отказался признавать себя потерпевшим. «В последнее время у нас создалась критическая ситуация. На процессе изменилась сама атмосфера, прокуроры иначе себя ведут. По моим данным, они вообще могут отказаться от обвинений в адрес Евлоева. Кроме того, сам процесс несколько затянулся — к началу декабря мы исследовали почти все доказательства, и приговор должен был быть вынесен в конце года, но этого не произошло. Прения по делу должны состояться в начале февраля», — говорит адвокат.

«По делу об убийстве пока ничего не сделано. По словам следователей, факт убийства не доказан, ведь тело Марем пока не обнаружено», — говорит Гюльмагомедова. «Правовая инициатива по России» пытается добиться возбуждения уголовного дела по статье 105 УК, но пока безрезультатно.

Елизавета Алиева считает, что возвращаться в Ингушетию для нее и детей небезопасно. Она продолжает волноваться о детях Марем, особенно о 14-летней Зареме — «самом нежном и беззащитном ребенке в семье». За детьми, по словам Елизаветы, круглосуточно следят.

«Я не думала, что он ее… Не думала, что он ее убьет. Я до сих пор надеюсь, что он ее где-то держит, наказывает ее», — вздыхает женщина.

  • Нашли ошибку в тексте?
    Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
  • Предложить свою тему редакции
Все материалы
Ещё 25 статей