«Крымские диверсанты». Что случилось на полуострове в августе 2016 года, версия следствия
Илья Рождественский
«Крымские диверсанты». Что случилось на полуострове в августе 2016 года, версия следствия
Крымские диверсантыТексты
10 мая 2018, 8:34
12325 просмотров

Вертолетная база в Джанкое. Фото из материалов дела

В августе 2016 года в Крыму был убит подполковник ФСБ Роман Каменев, участвовавший в неудачном захвате прибывших с территории Украины диверсантов. Как утверждает спецслужба, те готовили взрывы на полуострове, однако сумели скрыться — в руках российских силовиков оказались только двое водителей, которые должны были перевозить группу. Изучив материалы дела, Илья Рождественский рассказывает, почему погиб подполковник Каменев, откуда российская контрразведка узнала о планах «крымских диверсантов» и как следствие работало с их предполагаемыми водителями.

В свете фар показался мужчина в камуфляже российских вооруженных сил без знаков различия. Dodge Caravan поравнялся с военным и остановился у могил на окраине крымского села Суворово. Мужчина направился к автомобилю, но не успел он подойти к открытому окну со стороны водителя, как раздался крик: «Стоять, работает ФСБ!». Из салона выбежали трое бойцов, вооруженных автоматами Калашникова со складными прикладами: двое бросились к капоту, третий прикрывал тыл. Через секунду они оказались под перекрестным огнем как минимум с трех сторон. Подполковника Романа Каменева убили на месте. Прапорщик Сергей Волков был ранен в обе ноги. Он откатился в овраг, получил еще одну пулю — в грудь, но все же запустил сигнальную ракету. Единственный оставшийся в строю спецназовец, лейтенант Николай Ващенко, начал отстреливаться (настоящие имена Волкова и Ващенко засекречены, в материалах дела указаны лишь псевдонимы).

В этот момент на кладбище вылетел синий минивэн Volkswagen. Машину обстреляли по дороге, но она не остановилась, продолжая прорываться к первой группе. Из автомобиля высыпали четверо бойцов ФСБ. Они заняли круговую оборону, но огонь уже начал стихать: противник стремительно отступал. Весь бой занял не больше пяти минут.

По тревоге на полуострове были подняты войска, в небе барражировали вертолеты. Пропускные пункты на границе Крыма и Украины закрыли, на блокпостах дежурили БТРы. Спустя сутки, 8 августа 2016 года, как позднее утверждали в ФСБ, под прикрытием артиллерии на территорию Крыма попытались прорваться еще две диверсионные группы, в результате чего погиб российский военнослужащий 247-го десантно-штурмового полка — 22-летний механик-водитель БМД Семен Сычев: его подразделение вступило в бой с обнаруженными в камышах залива Сиваш диверсантами.

Бойцы всех диверсионных групп смогли скрыться. В руках ФСБ оказались только два водителя, которые, по версии следствия, должны были встретить украинских военных. «Медиазона» изучила материалы их уголовного дела и выяснила, что происходило в Крыму в ночь на 7 августа.

Фото из материалов дела

Огонь по ⁠переправе

Версия следствия гласит, что пятеро украинских диверсантов, разбившись на две группы (из двух и трех человек), ⁠пересекли границу по морю и высадились в районе крымского села Рисовое ⁠в ночь на 7 августа 2016 года. ФСБ установила, ⁠что среди них был лейтенант Алексей Сандул, участвовавший в вооруженном конфликте на ⁠востоке Украины; четверо остальных известны лишь по позывным — «Дэшик», «Лис», «Дмитрий» и «Кирилл». На берегу Перекопского залива они извлекли из тайника оружие и выдвинулись к селу Суворово, чтобы потом на машине выехать на встречу с неизвестными сообщниками, прошли несколько километров вдоль берега, а затем повернули к селу, где повстречали машину с вооруженными спецназовцами, из показаний которых известны детали перестрелки. «Коммерсант» писал, что потери понесли не только сотрудники ФСБ, но и диверсанты, однако в материалах дела об этом не сказано ни слова — ни тел украинских бойцов, ни следов их крови на месте перестрелки криминалисты не нашли.

«Захват занял буквально несколько секунд — спецназовцы, по версии собеседника "Ъ", ликвидировали двух боевиков, а еще трех обезоружили и положили на землю. Однако полученные руководителем операции ранения оказались смертельными <…> Одновременно проходят экспертизу изъятое оружие и трупы боевиков — специалисты изучают смывы с рук и одежду убитых на предмет наличия на них продуктов выстрелов».

«Командир, я, кажется, ранен», «Коммерсант», 17 августа 2016 года

Диверсанты, говорится в материалах дела, планировали взрывы на территории 39-го вертолетного полка, базирующегося в Джанкое, на паромной переправе в Керчи, связывающей полуостров с Краснодарским краем, и в подразделениях Минобороны, на вооружении которых находятся самоходные зенитные ракетно-пушечные комплексы «Панцирь С1» — они прикрывают военные объекты от удара с воздуха. Кроме того, среди целей группы были муниципальное предприятие «Победное» (снабжает водой 13 населенных пунктов), Феодосийское управление «Черноморнефтегаза» и «другие объекты жизнеобеспечения населения, транспортной инфраструктуры и министерства обороны».

На спутниковых снимках Google Earth хорошо видно вертолетную базу в Джанкое

Планировали операцию несколько человек. Помимо Сандула, считает следствие, это были капитан Главного управления разведки (ГУР) Министерства обороны Украины Владимир Сердюк, воевавший добровольцем Юрий Флюнт и Олег Москвитин, отвечавший за разведку на местности. Неизвестно, находились ли последние трое в районе Суворово в ночь на 7 августа. Однако из материалов дела следует, что 31 июля Москвитин на своей KIA Sorento прошел пограничный пропускной пункт «Армянск», а затем доехал до Севастополя, по дороге обследуя «вероятные места высадки» и закладки тайников с оружием и взрывчаткой. 2 августа он тем же маршрутом вернулся обратно на территорию Украины, его зафиксировали камеры видеонаблюдения.

Капитан Сердюк занимался вербовкой и руководил подготовкой диверсантов, а Флюнт и Сандул нашли водителей, которые должны были помочь с перевозкой группы в ночь диверсии — по версии следствия, это были Евгений Панов и Андрей Захтей. Сандул в то же время, что и Москвитин, проехал вместе с Пановым по маршруту Армянск — Красноперекопск — Джанкой — Феодосия — Керчь, осматривая объекты, которые предполагалось взорвать.

По закону оперативники не могли просто забрать с поля боя все эти боеприпасы, для этого нужны были понятые. Судя по документам, их нашли в Симферополе на бульваре Франко — это в 140 километрах от Суворово, но зато в двух шагах от здания управления ФСБ. Как указано в протоколе, оба будущих понятых прогуливались в четыре часа утра, когда к ним подошли оперативники и попросили принять участие в осмотре кладбища на севере полуострова. В документах дела не уточняется, почему контрразведчики не нашли понятых ближе к месту происшествия.

Никого из участников вооруженной диверсионной группы сотрудникам ФСБ задержать так и не удалось, их объявили в розыск. Криминалистам осталось лишь изучать арсенал, который украинцы бросили, отступая под огнем спецназовцев: в частности, три гранаты Ф-1 и две РГД-5, две противопехотные и две противотанковые мины, 16 самодельных взрывных устройств (38,4 кг в тротиловом эквиваленте), четыре бутылки с пластитом (5,25 кг в тротиловом эквиваленте), пистолет «Гроза» и еще целая россыпь запалов, детонаторов и других компонентов для бомб.

Арестованы были только предполагаемые водители Андрей Захтей и Евгений Панов. Захтей на полученные от Флюнта 300 тысяч рублей купил Dodge Caravan с пробегом; знакомым он говорил, что машину ему фактически подарил «какой-то мажор из Киева». 7 августа шофер ждал пассажиров недалеко от Рисового, однако вместо них появились оперативники ФСБ. Следующие два часа Захтей провел в их компании. Примерно в половине третьего ночи ему позвонили со спутникового телефона и попросили подъехать к кладбищу — за руль сел оперативник, и вместе они направились к селу Суворово, где и состоялся бой. Панов в это время, как полагает следствие, ехал в Крым — якобы тоже для того, чтобы встретить диверсантов — однако его остановили российские пограничники.

Панова заподозрили в том, что он участвовал в подготовке диверсии, пытался ввезти в Крым и и хранил боеприпасы (часть 1 статьи 30 и пункт «а» части 2 статьи 281 УК, часть 3 статьи 30 и часть 3 статьи 222, статья 226.1). Схожий набор статей у Захтея, но вместо контрабанды оружия — незаконное хранение взрывчатки (часть 3 статьи 222.1). Кроме того, Захтея обвинили в использовании поддельного паспорта (статья 324 и часть 3 статьи 327). Он заключил сделку со следствием и 16 февраля 2018 года получил 6,5 лет колонии. Дело Панова сейчас в закрытом режиме рассматривает Верховный суд Крыма. Показания Захтея и Панова — единственные свидетельства самих «диверсантов», которые есть в деле. Скорее всего, получены они были под пытками.

Евгений Панов. Фото: Екатерина Чеснокова / РИА Новости

13 допросов

Водителей задержали 7 августа. На следующий день их отвезли в Железнодорожный суд Симферополя, который арестовал их на 15 суток за нецензурную брань (статья 20.21 КоАП). Из постановления следует, что они матерились на улицах Симферополя, хотя в действительности к этому времени оба уже давно находились в руках ФСБ. К тому моменту, как срок ареста истек, подозреваемые успели дать показания на камеру — фрагменты их допросов показали в эфире российского телевидения. Лишь после этого суд арестовал их по уголовному делу о подготовке диверсий.

В общей сложности Евгения Панова допрашивали 13 раз — для уголовного дела, которое занимает всего 18 томов, это необычно много. На первых семи допросах он активно отвечал на вопросы следователя.

В итоговой версии обвинения сказано, что мужчина, воевавший в зоне антитеррористической операции на востоке Украины (АТО), был завербован ГУР в июле 2016 года в Киеве, после чего по заданию руководства возил Сандула по Крыму, чтобы осмотреть места будущих диверсий, причем особое внимание «было уделено заброшенному посту ГАИ на трассе между Армянском и Красноперекопском, военному аэродрому в районе Джанкоя с базирующейся на нем вертолетной техникой, нефтебазе в Феодосии и паромной переправе в Керчи». За эту поездку Панов получил 3 200 гривен (примерно 8 640 рублей по курсу ЦБ на начало августа 2016 года). Зачем ему надо было в ночь на 7 августа ехать в Крым, в деле не объясняется: присутствие Панова было вовсе необязательным, поскольку Dodge Caravan Захтея мог вместить всю группу.

Некоторые детали в рассказах водителя часто менялись. Например, такие показания звучали на одном допросе, но потом ни разу не повторялись:

  • Для переправки диверсантов «втемную» использовались браконьеры, ловившие на моторных лодках рыбу и креветок.
  • Среди целей группы были зенитно-ракетные комплексы С-300.
  • Во время поездки в Крым Панов и Сандул безуспешно искали ликеро-водочный завод как один из объектов для диверсии.
  • 7 августа Панов ехал в Крым, чтобы по поручению одного из диверсантов отдать $100 некоей Лилии.
  • Чтобы «легендировать» действия водителя, его зарегистрировали на сайте BlaBlaCar как таксиста, «осуществляющего перевозки по маршруту Херсон – Феодосия».
  • Вербовка в Киеве происходила в районе Оболонь в беседке, в 15-20 метрах от которой «располагался бетонный забор с колючей проволокой, что указывало на охраняемую территорию».

Наконец, менялось имя человека, который якобы участвовал в вербовке Панова и руководил всей группой. На разных допросах водитель называет его по-разному — «Александр Кириллов», «Кирилов» и «Кирилл». Все три варианта вошли в итоговую версию обвинения.

Пытки током

«Меня били железной трубой в области головы, спины, почек, рук, ног, затягивали наручники сзади до онемения рук, подвешивали за наручники. Во время пыток на мой половой член надели хомут и затягивали его до посинения», — рассказал Панов в декабре 2016 года. Тогда он отказался от признательных показаний, объяснив, что дал их под пытками.

В ноябре 2017 года обвиняемый подробно рассказал следствию, что на самом деле связывает его с предполагаемыми диверсантами. По словам Панова, некоторых из них он знал по службе в зоне АТО — например, батальонного психолога Владимира Сердюка. С ним Панов и правда встречался в Киеве летом 2016 года: офицер предлагал ему вернуться в армию, но Панова устраивала работа водителя в транспортном цехе Запорожской АЭС.

С Алексеем Сандулом Панов познакомился также во время антитеррористической операции, они стали приятелями. В июле 2016-го Сандул позвонил Панову и попросил пару дней побыть его личным шофером в Крыму, куда ему надо было «по рабочим вопросам». Поездка заняла в общей сложности 28 часов: Панов доставлял своего знакомого по нужному адресу и на некоторое время уезжал. Сандул тем временем, по словам свидетелей, ходил по офисам и предлагал купить у него оборудование для станций управления глубинными насосами.

6 августа, рассказывал Панов, он ехал в Крым — нужно было отдать долг родственнице знакомого. На российской границе водителю сказали, что у него проблемы с паспортом, и попросили пройти в вагончик: «Войдя в вагончик, я получил удар в лоб, у меня пошла кровь. Далее были крики "мордой в землю!", надели наручники, мешок, погрузили в "Газель"». Предположительно, били его сотрудники ФСБ. Через некоторое время у Панова зазвонил телефон: по версии следствия, это был кто-то из украинских диверсантов, интересовавшийся, вышел ли Сандул на связь с водителем. «Я помню этот разговор. В этот момент я уже был задержан сотрудниками ФСБ и лежал лицом вниз. Мне поднесли трубку и нажали на кнопку ответа», — настаивает Панов. По его словам, оперативники диктовали ему, что отвечать.

Прослушка разговоров потом стала одним из доказательств вины водителя. Другое доказательство — сообщение «ВКонтакте» от некого Ильи Васильева: «Жаль, что груз не дошел до адресата, мы готовы компенсировать издержки за полученные в дороге проблемы. По возможности обследуйте заранее оговоренный схрон».

Связаться с самим Васильевым «Медиазоне» не удалось, последний раз он был в сети в конце марта. Однако его аккаунт меньше всего похож на профиль патриота Украины: на странице — записи в поддержку самопровозглашенных ДНР и ЛНР; большинство друзей — россияне, причем половина — из Петербурга, среди них немало реконструкторов, игроков в страйкбол и сторонников ультраправых организаций; один в качестве места работы указал ФСИН, еще один — Минобороны.

Других документов, подтверждающих вину Панова, в деле нет.

Андрей Захтей также утверждал, что просто принял заказ на перевозку людей, ничего не зная об их планах. Он тоже рассказывал о пытках: «Пытали меня два дня током. Сначала пристегивали клеммы к ногам и к ягодицам, включали ток, требовали сознаться в совершении преступления. Я говорил, что обычный таксист и приехал на место по звонку клиента, но меня продолжали пытать. В дальнейшем клеммы стали цеплять к гениталиям, от боли я несколько раз терял сознание». Позднее Захтей предпочел все же признать вину и заключил досудебное соглашение.

Андрей Захтей. Фото: Антон Новодережкин / ТАСС

Разведданные из Киева

«С 2006 года по настоящее время я являюсь действующим сотрудником Главного управления разведки Министерства обороны Украины, имею воинское звание полковник. С 2009 года я занимался разведывательной деятельностью на территории Севастополя в отношении военнослужащих РФ и военных объектов Черноморского флота. О своей деятельности я отчитывался по зашифрованным каналам связи в центр — в Киев», — начинает свой рассказ человек, обозначенный в деле псевдонимом Сергей Дорофеев. Его настоящее имя засекречено. 12 июня 2017 года он провел 25 минут в следственном отделе ФСБ в Симферополе. Однако лишь показания Дорофеева объясняют, откуда сотрудникам российской спецслужбы стало известно о готовящейся диверсии в Крыму.

По словам Дорофеева, в июне 2016 года он встречался в Киеве со своими сослуживцами. Те рассказали разведчику, что на полуострове планируются «мероприятия по дестабилизации общественно-политической обстановки» и назвали нескольких их участников — например, речь заходила об Алексее Сандуле и Олеге Дмитриенко (последний не упоминается в деле среди предполагаемых диверсантов, но задержанных о нем спрашивали на допросах). Детали операции Дорофееву не раскрыли, поскольку сам он не принимал в ней участия.

Вероятно, после того, как Дорофеев передал эти сведения российской разведке, сотрудники ФСБ и начали прослушку телефонов в рамках операции «Гастролеры». 2 августа в четыре часа утра они перехватили такой разговор двух неизвестных мужчин:

— Тут такой ****** [кошмар]. Людей вернул прямо из воды. На точках вдоль всего побережья разворачивается до батальона. Сейчас, прямо сейчас, разворачиваются комплексы «Панцирь-С1». Насчитали до девяти «КамАЗов». Это наши БПЛАшники (беспилотные летательные аппараты — МЗ) засекли. Принял решение и их вернул. Сейчас прорабатываем другой вариант.

— Сань, кого-то спалили?

— Нет. Никого не спалили. У нас как бы все ровно. Но вдоль всего побережья мы насчитали... Там, ну короче, очень много народа. Вот именно сейчас идет развертывание.

Проверка показаний на месте. Фото из материалов дела

Сектор «М»

Российская контрразведка, по-видимому, была неплохо осведомлена не только о планах диверсантов, но и о деятельности украинской армии в целом. Так, имена потенциальных руководителей операции в Крыму оперативники ФСБ не выдумали: Сердюк и остальные действительно служили в зоне АТО. В материалах дела есть CD-R, на который записаны всего шесть файлов — четыре текстовых и две таблицы. Все они — на украинском языке: это доклады «начальника разведки сектора "М" полковника Дмитрия Горпенюка начальнику отдела разведки штаба антитеррористической операции на территории Донецкой и Луганской областей о базировании, составе, укомплектовании личным составом и техникой воинских частей»; еще один файл — список бойцов 37-го батальона территориальной обороны Запорожской области за 2014–2015 года с указаниями званий, должностей, паспортных данных, имен членов семьи, а также сведений о дезертирах и раненых.

37-й батальон принимал участие в сражениях в районе Авдеевки и Мариуполя, а также в селе Широкино. Согласно документам, которые есть в распоряжении ФСБ, среди бойцов подразделения указаны сержант Евгений Панов, лейтенант Алексей Сандул, капитан Владимир Сердюк и младший сержант Олег Дмитриенко. В материалах дела находятся несколько списков бойцов: так, в одном из них 353 военнослужащих, в другом — 169; частично они пересекаются. Как у контрразведчиков оказались эти списки, неизвестно.

Последний документ на диске с фигурантами дела связан косвенно — это «итоговое разведывательное донесение от 16 июня 2015 года руководителя сил специальных операций по результатам проведения специальных разведывательных и оперативно-поисковых мероприятий» в населенном пункте Мироновский Донецкой области. Поселок пострадал в результате обстрелов в начале 2015 года, когда примерно в 20 километрах к юго-востоку шли кровопролитные бои за Дебальцево.

— «Согласно плану, операция была начата в 7:00. Военнослужащие сил специальных операций СБУ совместно с подразделением разведки 37-го батальона и 131-го отдельного разведывательного батальона сектора "М" прибыли в село Пищевик. Через 15 минут по прибытии начались артиллерийские обстрелы калибра 80 мм и 120 мм. В период с 7:00 и до 12:00 артобстрел не прекращался. Вместе с тем сводной группой были проверены 34 дома и проведена оперативная работа с жителями села. Установлено лицо по имени Андрей, который постоянно контактирует с разведчиками ДНР».

— «В результате исполнения боевого распоряжения ликвидирована ДРГ батальона "Спарта" (4 убитых, 3 раненых), уничтожены штаб и казарма 2-го батальона 9-го полка 1 АК народной милиции ДНР в селе Куликовое, выведена из строя военная техника противника (1 танк, 1 БТР) в селе Красноармейское».

— Всего в операции были задействованы 125 украинских военных.

Из «итогового разведывательного донесения руководителя сил специальных операций по результатам проведения специальных разведывательных и оперативно-поисковых мероприятий» от 16 июня 2015 года

«Ну какой из него разведчик?»

«В течение последних двух лет ни один из кадровых сотрудников ГУР на территории оккупированного Крыма не задерживался, а все граждане, все фамилии, которые названы Пановым — эти лица не относятся к сотрудникам ГУР», — утверждал представитель Главного управления разведки Минобороны Украины Вадим Скрибицкий. Ему вторил Владимир Сердюк: «Я не знаю, что Панов там рассказал, но, очевидно, не по своей воле. Мы с ним служили в одно время, но призвали его раньше. Соответственно, он и уволился раньше. Он же назвал еще двух бойцов из нашего батальона. Это Алексей Сандул и Олег Дмитренко. Алексей вообще после осколочного ранения, у него рука не работает. Он постоянно по больницам. Олегу столько же, сколько мне — по пятьдесят лет. Ну какой из него разведчик?».

«Крымские диверсанты» с тех пор неоднократно упоминались в сводках ФСБ. Контрразведчики несколько раз отчитывалась о поимке граждан Украины, якобы готовивших взрывы на полуострове. Впрочем, некоторых из них в результате осудили далеко не за диверсии: так, из числа задержанных летом 2016 года Редвана Сулейманова осудили за ложное сообщение о теракте, а Владимиру Присичу вынесли приговор за хранение наркотиков.

Сделать однозначный вывод о том, действительно ли Сердюк и остальные готовили высадку в Крыму, из материалов дела нельзя: как и в случае с Пановым, их вина подтверждается разведданными, представленными одним источником, а также показаниями водителей, которые были даны под пытками. Однако с уверенностью можно утверждать, что в начале августа 2016 года со стороны Украины в район села Суворово действительно прибыли вооруженные люди. Российская контрразведка знала об их визите заранее, но, несмотря на это, спецназ оказался не готов к бою: противник превосходил оперативников ФСБ в количестве и занимал более выгодные огневые точки. Подполковнику Роману Каменеву это стоило жизни.

Подписывайтесь на «Медиазону» в Яндекс.Дзене и Яндекс.Новостях
  • Нашли ошибку в тексте?
    Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
  • Предложить свою тему редакции
Понравился этот материал?
Поддержите Медиазону
Все материалы
Ещё 25 статей