Пальчиковые игры. Иркутского анархиста будут судить за «фак» на фоне православного собора
Дима Швец
Пальчиковые игры. Иркутского анархиста будут судить за «фак» на фоне православного собора
Тексты
12 октября 2018, 12:05
22566 просмотров

Дмитрий Литвин. Фото: личная страница «ВКонтакте»

В Иркутске мировой судья участка №8 Максим Кучугура начинает рассмотрение дела об оскорблении чувств верующих (статья 148 УК), возбужденного против 20-летнего анархиста Дмитрия Литвина. Молодой человек обвиняется в том, что выложил «ВКонтакте» несколько антиклерикальных карикатур и фотографию, на которой он показывает средний палец православному храму. Литвин сначала признал вину, но позже отказался от своих показаний — допросу предшествовали обыски у его товарищей по всему городу и многочасовая «беседа» с сотрудниками Центра «Э».

«Фишки про изнасилование» и облава на свидетелей

8 апреля 2017 года 20-летнего иркутского анархиста Дмитрия Литвина допросили по делу об оскорблении чувств верующих (часть 1 статьи 148 УК). Согласно обвинительному заключению, следователь Михаил Татаров показал юноше 15 скриншотов из «ВКонтакте», и о каждой картинке Литвин сказал, что это он опубликовал ее — специально, чтобы показать свое негативное отношение к церкви и религии или оскорбить чувства верующих. Изображения он выкладывал на ныне удаленной странице «Дмитрий Бакунин», названной в честь теоретика анархизма Михаила Бакунина, признавался Литвин.

На одном из скринштотов была фотография — две руки со средними пальцами, поднятыми в сторону иркутского Богоявленского собора. По рукавам одежды несложно догадаться, что это руки разных людей; Литвин объяснил следователю, что одна рука на снимке — его, а другая — приятеля. Фотография подписана: «православие наша сила».

«Смело», — прокомментировал картинку пользователь «ВКонтакте» Матвей Муха. «Когда сожгем, будет "смело"», — ответил ему «Дмитрий Бакунин». «Данное действие выражает неуважение в целом по отношению к христианской религии. Учитывая, что собор для прихожан, служителей, является не просто сооружением с церковной принадлежностью, а домом Бога, святым местом», — так в обвинительном заключении пересказаны признания Литвина.

Сейчас анархист отрицает вину и говорит, что допрос у следователя Татароваа состоялся после многочасового общения с силовиками, которые ворвались к нему домой около шести утра, вывели из квартиры и отсутствие хозяина устроили там обыск.

«Я спустился с ними до машины, там сказал, что не хочу садиться добровольно — пусть наденут на меня наручники. Они стали громко ржать, в итоге я все-таки сел в машину, мы поехали, — вспоминает молодой человек. — Угроз как таковых тогда не было, говорили — давайте по-хорошему признательные показания, чтобы быстренько все сделали. Только в машине я понял, про какие картинки вообще идет речь».

Левого активиста привезли в Центр «Э». Он говорит, что через первый этаж здания его вели, натянув капюшон на лицо. Тогда Литвин подумал: это нужно, чтобы его неофициальное задержание не зафиксировали камеры наблюдения; сейчас он полагает, что это был просто прием психологического давления.

Сам допрос, по его словам, длился восемь-девять часов. Оперативников в основном интересовало участие Литвина в анархо-коммунистическом «Автономном действии» и Движении иркутских анархистов («ДИАна»); антиклерикальных картинок в соцсети разговор касался лишь вскользь.

«[Разговор выстраивался] по принципу "злой-добрый полицейский", причем это мог быть тот же человек: он мне предлагал чайку выпить, и он же мне говорил, что сейчас приведет в какое-то место, что я должен говорить и почему я неправ. Это все сопровождалось угрозами: когда я говорил про 51-ю статью [Конституции], мне отвечали, что уберут в изолятор и будут ******* [избивать] там 15 дней подряд и отобьют все, что возможно, — рассказывает юноша. — Когда я говорил про адвоката, они краснели, начинали орать. Я не могу дословно передать их фишки про изнасилование, они постоянно упоминали изнасилование и физическую расправу — через слово буквально».

Фото: Дмитрий Литвин / «ВКонтакте»

В какой-то момент Литвин понял, что в Центре «Э» находятся и многие его знакомые. Время от времени кто-то из силовиков заходил в кабинет, называл фамилию одного из товарищей анархиста и объявлял: раз он молчит, показания придется выбивать. Кроме Литвина оперативники в тот день задержали Игоря Мартыненко, Софию Микитюк, Алексея Лычагина, Рината Кумукова и фотожурналистку Валерию Алтареву; всех их допросили в качестве свидетелей по его делу. Как и в случае с Литвиным, рано утром в их домах провели обыски.

«Первое, что я увидела, когда открыла глаза — это автомат, светящий встроенным фонариком, направленный мне в лицо. От ужаса и неразберихи я закричала», — рассказывала Микитюк «Медиазоне».

Спустя несколько часов непрекращающихся угроз Литвин согласился на требования силовиков — тогда, по его словам, в Центр «Э» приехали следователь СК и адвокат по назначению, в кабинете поставили камеру, которая записывала все происходящее, и анархист дал признательные показания, которые полтора года спустя войдут в обвинительное заключение.

К вечеру почти всех задержанных отпустили. Литвину предъявили обвинение, с него взяли подписку о невыезде. На его приятеля Игоря Мартыненко составили протокол по статье 19.3 КоАП (неповиновение требованию сотрудника полиции). Больше суток молодой человек провел в спецприемнике, а 10 апреля Октябрьский районный суд назначил ему 10 суток ареста — Мартыненко якобы сопротивлялся, когда его вели на допрос. «На меня просто обиделся один из эшников, который пытался меня разговорить: сначала мило, потом — ставя к стенке на растяжку. Говорить с ним я не захотел, и он решил меня замотивировать и, видимо, проморозить еще», — рассуждает активист. По его словам, сотрудник Центра «Э» привез его в отдел полиции и объяснил дежурному, что Мартыненко совершил правонарушение.

Эксперты, священники и неравнодушный прохожий-шаман

По ходу расследования следователь Татаров передал материалы своей младшей коллеге по фамилии Слюсаревская. В апреле 2018 года Литвину предъявили обвинение в окончательной редакции, однако прокуратура не утвердила обвинительное заключение, материалы вернули в Следственный комитет, и только в сентябре — через полтора года после задержания — обвинение было предъявлено повторно. В итоге анархисту вменяется публикация только четырех картинок, хотя на первом допросе речь шла о пятнадцати.

Помимо средних пальцев на фоне собора Литвина обвиняют в публикации коллажа, на котором Иисус потягивается, лежа в постели рядом с девушкой, а также картинки, изображающей диалог между Христом и Богородицей:

— Иисус, а это вино, которое ты все время пьешь, ты правда сотворил его из воды, а не украл?

— Мам, а ты правда залетела от Святого Духа?

Четвертое изображение — рисунок с девушкой в одеянии католической монахини, но сильно укороченном. Девушка стоит спиной к зрителю, нагнувшись вперед, ее ногу обвивает язык жабы с головой Адольфа Гитлера, за этой странной сценой наблюдает мальчик в пионерском галстуке. Обратили внимание силовики и на комментарии к картинке.

Скриншот комментариев на странице «Дмитрия Бакунина» «ВКонтакте». Из материалов дела

Заключение по заказу СК подготовил тот же барнаульский Лингвистический экспертно-консультационный центр, специалисты которого ранее проводили исследование по делам жительницы Барнаула Марии Мотузной, красноярцев Андрея Безбородова и Алексея Свердлова — все они обвинялись в оскорблении чувств верующих или экстремизме.

В четырех картинках со страницы «Дмитрия Бакунина» барнаульские эксперты обнаружили «нарушение норм религиозной этики», десакрализацию духовных ценностей, презрительное отношение к католической церкви, неуважение к православной культуре, образам Иисуса Христа и Богородицы.

Так, исследуя средние пальцы, направленные в сторону храма Богоявления, авторы исследования, ссылаясь на «Толковый словарь языка жестов», замечают, что такой жест означает «иди ты знаешь куда» или «иди ** *** [на хрен]», то есть — «выражает презрение к христианским ценностям» и демонстрирует «унижение и оскорбление авторитета РПЦ».

«Собор является важной исторической ценностью и имеет вековую историю, — отмечают специалисты. — Храм как особое, сакральное место предполагает трепетное и почтительное отношение, так как храм — это дом Бога, где совершаются различные богослужения и обряды».

Впрочем, экспертиза была готова только к началу 2018 года, при этом из материалов дела следует, что первые оперативные мероприятия по нему прошли еще в 2016-м — за год до задержания иркутских анархистов. Внимание силовиков на Литвина обратил Николай Казанцев — сейчас он возглавляет отдел этноконфессиональных отношений управления губернатора и правительства Иркутской области по связям с общественностью, а в то время отвечал в администрации региона за проведение и согласование публичных мероприятий.

В своих показаниях чиновник отмечал, что в своей работе он «тесно взаимодействует с Центром противодействия экстремизму»; Казанцев рассказывал, что следит за сообществами «ВКонтакте», в которых обсуждаются массовые мероприятия в Иркутске.

«По-моему мнению, если даже человек неверующий, он не может себе позволить выставлять подобные фото, носящие непристойный и провокационный характер, и писать надписи, содержащие нецензурную лексику», — сетовал он в разговоре со следователем.

Допросили по делу Литвина и нескольких священнослужителей. Настоятель католического Кафедрального собора непорочного сердца Божьей матери Владимир Сек и руководитель отдела религиозного образования Иркутской епархии Владимир Килин подробно высказались по каждой картинке.

Сек предположил, что молодой человек «переживает внутренние проблемы, волнения, выплескивая их в отрицание религии», протоиерей Килин назвал публикации «уродливыми, непристойными изображениями, текстами».

Еще один свидетель — житель Ангарска Роман Шатханов. Молодой человек рассказал, что как-то он гулял по центру Иркутска, и рядом со статуей Бабра — таково якутское название тигра; это животное исходно и было изображено на гербе города, однако со временем геральдический зверь приобрел фантастические черты — наткнулся на группу митингующих, которые вручили ему листовку со ссылкой на страницу «ВКонтакте». Пройдя по этой ссылке, Шатханов якобы попал в группу, где «люди высказывали свои недовольства и выражали протесты», затем кликнул на чей-то профиль и обнаружил «фотографии, содержащие информацию унизительного характера по отношению к верующим». Свидетель уточнил: ему было очень неприятно смотреть на эти изображения, хотя сам он исповедует шаманизм.

«Литвина установили, остальных — почему-то нет»

Литвин думает, что уголовное преследование связано с его участием в местных и всероссийских движениях и инициативах анархистов. «Расчет был на то, что они проведут обыски, а под кроватью будут автоматы, гранаты и пистолеты, а получилось изъять книжки и стикеры», — полагает молодой человек.

«Есть разные анархистские движения, например — "Черный крест", "Народная самооборона", "Автономное действие". Так или иначе, участник может быть и членом федерального коллектива, и локального. [Публикующий "черный список работодателей" сайт о нарушениях трудовых прав] AntiJob, например — тоже федеральный проект, но участвуют в нем люди из различных анархистских и неанархистских организаций», — объясняет Литвин.

Сейчас активист не состоит ни в одной организации, но продолжает участвовать в некоторых проектах своих единомышленников. Раньше серьезных проблем с силовиками у иркутских левых не бывало, вспоминает он: дальше административных протоколов дело никогда не заходило.

Обвинение не стало заявлять в качестве свидетелей ни одного из товарищей Литвина, допрошенных в день массовых обысков — их заявила сторона защиты. При этом, по словам самого обвиняемого, несколько его знакомых, задержанных в апреле 2017 года, под давлением оперативников все-таки подписали требуемые показания. Его слова подтверждает Алексей Лычагин.

«Там что-то вокруг да около все было, все как-то так: кто такой, откуда приехал, чем занимаешься, знаешь ли Литвина, а Литвин с этой страницы что-нибудь постил, что постил — такое все было, — вспоминает Лычагин. — Конечно, пришлось [дать показания], но я тогда не знал, как от этого отмазаться. Они мне угрожали — я и сказал, намекали, что я могу сесть за дачу ложных показаний, а я тогда был неопытный, не знал даже, как можно отмазаться. Пришлось им рассказать все, что я знаю, но про все, что касается этой страницы, я отвечал неоднозначно — не знаю, не уверен, не помню».

После этого, вспоминает молодой человек, еще один раз вызывали в Центр «Э». Одновременно в Иркутске шли судебные заседания по заявлениям левых активистов: они безрезультатно пытались добиться признания обысков незаконными. «Потом, вещи же надо было вернуть. У нас же вещей кучу изъяли, ноутбук, телефон — все подоставали. Мне, кстати, ноутбук так и не вернули», — сетует Лычагин.

Дмитрий Литвин в зале суда. Фото: RFE/RL

Дмитрий Литвин теперь отрицает вину: по его словам, доступ к странице «Дмитрий Бакунин», где публиковались картинки, имели несколько человек. Оперативник Центра «Э» по фамилии Довгополов в своих показаниях отмечал, что администрация «ВКонтакте» помимо адреса электронной почты Литвина и телефона, на который зарегистрирована страница «Дмитрия Бакунина», выдала ему еще несколько IP-адресов, с которых на нее заходили. В одном случае Довгополову удалось выяснить, что адрес принадлежит филиалу провайдера «ЭР-Телеком холдинг»; установить принадлежность других IP-адресов оперативник не смог.

«Литвина установили, остальных — почему-то нет», — указывает на недоработку следствия его адвокат Оксана Тюрнева.

Анархист, впрочем, не отрицает, что одна из рук, показывающих «фак» храму — его. Но он не выкладывал фотографию на фоне собора в соцсеть, настаивает молодой человек, — как и не удалял ее позже, считая публикацию чьей-то безобидной шуткой.

Кроме того, отмечает Тюрнева, у защиты есть претензии к экспертизе, проведенной барнаульскими специалистами.

«Они дают заключение по всем картинкам, что они оскорбляют и все такое прочее. Но заключение это не соответствует закону: отсутствует подписка экспертов, где они предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Этой расписки в подлиннике в деле нет, есть только ксерокопия, и она появилась после моего ходатайства, которое я заявила весной, о том, что экспертиза не может быть признана допустимым доказательством, — говорит она. — И следователю на электронную почту эксперты дают ответ, что мы можем вам прислать подписку, но — за ваш счет. Почему-то следствие пожалело 100 рублей».

По словам авдоката, на первом предварительном заседании, которое прошло 2 октября, судья оказывал давление на ее подзащитного.

«Поскольку я была занята, Литвин пошел туда один, на него также судьей оказывалось давление по поводу того, чтобы он отказался от моей защиты, но он настаивал, и, соответственно, предварительное заседание перенесли на 5 октября», — рассказывает юрист.

На втором предварительном заседании 5 октября мировой судья Максим Кучугура сам предложил обвиняемому прекратить уголовное дело за истечением сроков давности, но защита от этого отказалась.

«Судья очень подробно разъяснял процедуру прекращения уголовного дела. Я сказала бы даже, что он был настойчив. Мы возразили против этого. Такого не ожидал ни судья, ни прокурор. Они надеялись, что мы согласимся. Прекращение за истечением сроков давности — это когда человек виновен, но истекли сроки давности привлечения его к уголовной ответственности. Но по всем учетам, базам МВД он будет проходить как привлекавшийся к уголовной ответственности», — объясняла Тюрнева изданию «Сибирь.Реалии».

Отказался Литвин и от предложения рассмотреть дело в особом порядке — эта процедура гарантирует, что наказание не составит больше 2/3 от максимально возможного, но также требует от подсудимого полного признания вины.

Исправлено 12 октября 2018 года в 16:51. Исходная версия заметки заканчивалась перечислением наказаний, предусмотренных частью 1 статьи 148 УК — штраф в размере до 300 тысяч рублей, до 240 часов обязательных работ или до года лишения свободы. На самом деле, в связи с истечением срока давности наказание Литвину назначено не будет, даже если судья признает его виновным.

Все материалы
Ещё 25 статей