Из ШИЗО в тюремную больницу. Что происходит с Сергеем Мохнаткиным
Елизавета Пестова
Из ШИЗО в тюремную больницу. Что происходит с Сергеем Мохнаткиным
Тексты
7 июня 2018, 12:06
7490 просмотров

Сергей Мохнаткин в 2012 году. Фото: Сергей Карпов / ТАСС

В конце мая Сергея Мохнаткина, отбывающего наказание в ИК-21 Архангельской области, снова госпитализировали с жалобами на боли в позвоночнике, глазах и отеки ног. Общественный защитник оппозиционера Андрей Креков, сам не понаслышке знакомый с нравами местного управления ФСИН, рассказал «Медиазоне» о том, что сейчас происходит с заключенным.

64-летнего Сергея Мохнаткина перевели в областную больницу УФСИН по Архангельской области в конце мая после визита врачей в ИК-21 — колонию строгого режима для рецидивистов в поселке Икса, где отбывает наказание оппозиционер. По словам Андрея Крекова, здоровье у осужденного «довольно плохое», поэтому его постоянно то госпитализируют, то возвращают обратно в колонию. «Там он пробыл небольшое количество времени, как раз в неврологии, по жалобам на позвоночник. Его выписали и увезли обратно. По сути, лечения никакого не оказывали — глюкозу, может, прокололи, еще что-то», — говорит Креков.

Жалобы на боли в позвоночнике появились у Мохнаткина в 2016 году, когда его избили сотрудники ИК-4. Тогда общественный защитник оппозиционера Владимир Степанов рассказывал, что Мохнаткина хотели этапировать из колонии в СИЗО Котласа, чтобы он смог участвовать в заседании по уголовному делу об оскорблении сотрудника ФСИН. Заключенный попросил документ о переводе, но ему отказали. «Чтобы препятствовать переводу и в знак протеста», Мохнаткин лег на пол; тогда, по словам Степанова, сотрудники колонии стали его избивать, «били ногами, в том числе, по лицу». В результате у Мохнаткина диагностировали компрессионные переломы двух поясничных позвонков.

Креков подчеркивает: возможности лечить позвоночник Мохнаткина в Архангельской области нет. «Там даже с МРТ проблемы, я так понимаю, ему до сих пор его не провели. Потому что там надо вывозить, аппарата во фсиновской больнице нет», — отмечает Креков.

В 2015 году архангельский юрист Андрей Креков получил два года и восемь месяцев колонии общего режима. Суд признал его виновным по части 1 статьи 318 УК (применение неопасного насилия к представителю власти). По версии следствия, Креков укусил полицейского в служебной машине. Сам он настаивает, что уголовное преследование стало местью за его заявление на полицейских, которые избили Крекова в отделе в 2014 году. В апелляции осужденному юристу добавили месяц к сроку, но заменили общий режим на колонию-поселение. Это было уже третье дело в отношении Крекова — до этого его дважды судили по 318-й статье, но он получал условные сроки. «Медиазона» подробно рассказывалао его судьбе. В колонии Креков несколько раз оказывался в ШИЗО и объявлял голодовку. Он вышел на свободув марте 2018 года.

Поводом к последней госпитализации Мохнаткина стали отеки нижних конечностей. Как говорит Креков, ноги у оппозиционера в тот период «были, как трубы». Встретившись с врачами, юрист выяснил, что отеки связаны с сердечной недостаточностью; по оценке медиков, сейчас состояние заключенного — «удовлетворительное».

Кроме того, Мохнаткина говорил, что его беспокоят проблемы с глазами. В письме своей подруге Татьяне Пашкевич он упоминал, что с ноября 2017 года у него «поплохело зрение»: «С левого глаза у меня расплывается все, на любом расстоянии, да и правый стал хуже видеть». 31 мая Андрей Креков рассказал «Новой газете» о жалобах Мохнаткина на боли в глазах и отсутствие лечения. Сам оппозиционер предполагал, что получил ожог от газа из баллончика, который к нему применили в колонии.

«Ну, вот "Новая" написала, и в экстренном порядке приехал врач на следующий день, осмотрел. Катаракту выявили. В принципе ничего страшного, как объяснили. Было подозрение, что ему что-то травмировали, может, с ожогом связано. Это отпало», — объясняет Креков и добавляет, что архангельское управление ФСИН сразу после публикации заметки отчиталось, что спецсредства к осужденному не применялись.

Впрочем, Креков отмечает, что сотрудники ФСИН «перестали вообще составлять материалы о применении спецсредств». «Тем более, когда это делается в ШИЗО. По собственному опыту говорю», — уточняет юрист. Незадолго до госпитализации Мохнаткин провел более месяца в изоляции, рассказывает он, причем администрация ИК-21 «чередовала» ШИЗО и ПКТ: от заключенного требовали называть статьи, по которым тот осужден, а также начало и конец срока. Однако, говорит Креков, «в суде все так напутали, что до сих пор не могут сказать, какой у него срок и какие статьи».

Теперь Мохнаткин хочет добиться перевода в тюремную больницу имени Гааза в Петербурге, где ему смогли бы оказать медицинскую помощь. По словам Крекова, сотрудники ИК-21 «абсолютно пренебрегают нормами закона»: «Такие вещи еще делают: воруют продукты, письма. Он, допустим, ведет свой личный дневничок, когда отправляет письма. Он вел его несколько месяцев — взяли, этот листок своровали. Помимо изоляции, еще и отношение такое устраивают».

Кроме того, Мохнаткин опасается, что против него могут возбудить очередное уголовное дело. Креков напоминает, что оппозиционер отбывает наказание в Архангельской области, где ему был вынесен приговор по делу о дезорганизации работы исправительного учреждения (часть 2 статьи 321 УК).

«Он находится в том управлении, где против него уже было возбуждено дело. Где ему повредили позвоночник, как он считает. То есть они (сотрудники ФСИН — МЗ) переживают, потому что он человек такой, по-любому будет добиваться справедливости. Легче его замучить там, чтобы он никакой был, чем чтобы освободился. Его необходимо было после такой конфликтной ситуации не только из учреждения перевести, но и из управления. Его перевели [в другую колонию], но управление-то то же, какая разница? Те же прокуроры по надзору, все то же», — констатирует Креков.

Мохнаткин несколько раз объявлял голодовки, протестуя против невыносимых условий содержания в колониях Архангельской области. Последнюю голодовку, согласно письму Пашкевич, Мохнаткин объявил 12 апреля и закончил 6 мая.

Первый срок Сергей Мохнаткин получил в 2010 году. Тогда суд приговорил его к двум годам колонии-поселения, признав виновным в нападении на милиционера (статья 318 УК) 31 декабря 2009 года во время акции «Стратегии-31» на Триумфальной площади в Москве. Поддержавшие Мохнаткина активисты и правозащитники настаивали, что он случайно проходил мимо Триумфальной, увидел, как сотрудники МВД применяют силу к митингующим, вступился за женщину и оказался задержан сам. В 2012 году президент Дмитрий Медведев помиловал осужденного. Второе уголовное дело по статье 318 против Мохнаткина возбудили в январе 2014 года; по версии следствия, во время очередной «Стратегии-31» он напал на двоих полицейских. Тверской суд Москвы признал его виновным и приговорил к четырем с половиной годам колонии строгого режима.

Уже в колонии оппозиционер стал фигурантом дела об оскорблении представителя власти (статья 319). Татьяна Пашкевич сообщала, что по этой статье суд приговорил Мохнаткина к 11 месяцам лишения свободы. Весной 2016 года против Мохнаткина возбудили дело о дезорганизации работы колонии. Следствие считало, что Мохнаткин «применил насилие» к помощнику начальника колонии. Защитник Владимир Степанов тогда отмечал, что дело было сфабриковано, чтобы скрыть избиение Мохнаткина в ИК-4. Судья Котласского городского суда Сергей Шикин признал Мохнаткина виновным и добавил к сроку оппозиционера еще два с половиной года колонии. После приговора его перевели в ИК-21, в декабре 2017 года — отправили в помещение камерного типа (ПКТ). Весной 2018-го общественным защитником Мохнаткина стал освободившийся из колонии юрист Андрей Креков.

Все материалы
Ещё 25 статей