Потери России в войне с Украиной.
Сводка «Медиазоны»

В 2026 году российские суды продолжили удалять иски о признании людей безвестно отсутствующими или погибшими.

Этот процесс начался в последние дни прошлого года. Тогда с сайтов судов 50 регионов пропали карточки всех дел этой категории: не только иски, поданные воинскими частями, но и «гражданские» дела.

Источник «Медиазоны» тогда говорил, что «техническое задание» пришло письмом от управления судебного департамента 26 декабря. Подтвердить существование такой рассылки «Медиазоне» не удалось, но в 2026 году «задание» начали выполнять регионы, не успевшие удалить карточки исков до Нового года.

К концу января с сайтов российских судов исчезло еще около 10 тысяч исков.

«Медиазона» следила за исками в этой категории с начала войны, так как в любом вооруженном конфликте есть пропавшие без вести. Но до первой половины 2024 годы представители воинских частей или Министерство обороны обращалось в суды только в исключительных случаях — например, погибшими признали 17 моряков с крейсера «Москва». У родственников пропавших без вести также не было мотивации идти в суд: в том числе потому, что без справки из воинской части их иск все равно бы отклонили.

Ситуация резко изменилась с приходом в министерство обороны Андрея Белоусова. Преемник Сергея Шойгу распорядился «разыскать» пропавших без вести, и воинские части пошли в суды: это значительно проще, чем реально найти, опознать и доставить родным тело погибшего.

В декабре 2025 года военные приносили в российские суды по 2 500 исков в неделю, то есть по 500 в рабочий день, и число обращений только росло. По состоянию на начало декабря 2025 года «Медиазоне» было известно о 88 тысячах поданных исков о признании военных погибшими или пропавшими без вести.

На итоговой коллегии Минобороны Андрей Белоусов подчеркнул, что к концу года «количество разысканных военнослужащих увеличилось в три раза, 48% от общего числа пропавших без вести, нашли каждого второго».

Эти слова могли значить только одно: то, что мы видим в судах, лишь половина от реального числа пропавших без вести. Если исков 90 тысяч, то тех, чьи тела не вынесли с поля боя, минимум 180 тысяч.

17 декабря Белоусов рассказал про то, что «нашли каждого второго», а уже 26-го суды стали удалять следы этой работы.

К сожалению, для нашего поименного подсчета эти карточки дают очень мало информации: подавляющее их большинство анонимизировано.

Все еще публикуемая в немногих судах информация не позволяет экстраполировать, то есть «высчитать» динамику в судах, которые удалили все данные. Воинские части подают иски неравномерно, некоторые суды были буквально завалены подобными делами.

Подробнее о том, что происходит с российскими судами и поисками пропавших без вести, в видеоверсии сводки рассказывает редактор Дмитрий Трещанин.

Что известно о потерях с начала войны

Вот как распределены потери по российским регионам. Это абсолютные числа, которые не пересчитаны по населению или количеству военных частей — поэтому это носит иллюстративный характер.

На карте можно выбирать между общими потерями и потерями по родам войск, а также посмотреть, откуда были родом погибшие мобилизованные.

Заметка к обновлению 30.01.2026. Мы перепроверили все записи в таблице по государственным реестрам и уточнили механизм определения региона для погибших. Число погибших в отдельных регионах на карте изменилось. Если погибших в каком-то регионе стало меньше, это не значит, что мы удалили эти записи — просто мы перенесли их в другой регион, так как посчитали его более точным.

В большинстве случаев из сообщений о гибели или по косвенным признакам (форма или нарукавные знаки на фото) можно определить, в каких войсках служил погибший, либо — как он попал в армию (мобилизованный, доброволец, заключенный и т.д.)

Мы сравнили эти группы военнослужащих на отдельном графике.

С начала лета и по середину осени 2022 года основную тяжесть потерь несли добровольцы, что разительно отличается от ситуации на первом этапе войны: зимой и в начале весны наибольший урон понесли части ВДВ, позже — мотострелковые войска.

К концу 2022 года и началу следующего заметно выросли потери среди заключенных, завербованных в «ЧВК Вагнера». Из них формировали «штурмовые группы» для атаки на украинские позиции под Бахмутом.

В марте 2023 года заключенные стали самой крупной категорией потерь на войне. После штурма Бахмута случаев массового использования заключенных пока не было.

К сентябрю 2024 года добровольцы вновь стали самой крупной категорией среди погибших. Это связано с кумулятивным эффектом: к этому моменту вербовка в тюрьмах значительно снизилась; новой мобилизации пока не объявляли, а приток добровольцев не останавливался ни на день.

К 30 января подтвердилась гибель более 6,3 тысячи офицеров российской армии и других силовых структур.

Со временем доля офицерских потерь в общих потерях снижается. В начале войны, когда во вторжении участвовала контрактная армия, они составляли до 10% от списка погибших. К ноябрю 2024 года их доля сократилась до 2-3%: это связано с изменением характера боевых действий и с активной вербовкой добровольцев-рядовых, которые гибнут во много раз чаще, чем старшие по званию.

Погибшие офицеры в звании от подполковника за все время войны

На сегодняшний день официально подтверждены сообщения о гибели 13 генералов: четверых генерал-лейтенантов, семерых генерал-майоров и двоих отставников.

Замкомандующего Южным военным округом, генерал-лейтенант Олег Цоков погиб в июле 2023 года, он стал первым офицером в этом звании, погибшим за время войны. В декабре 2024-го взрывом в Москве был убит генерал-лейтентант, начальник войск радиационной, химической и биологической защиты (РХБЗ) Игорь Кириллов. В апреле 2025 года в подмосковной Балашихе погиб из-за взрыва автомобиля замначальника Главного оперативного управления Генштаба Минобороны генерал-лейтенант Ярослав Москалик. В декабре 2025-го в Москве при взрыве заминированного автомобиля был убит генерал-лейтенант Фанил Сарваров, он был начальником Управления оперативной подготовки российского Генштаба.

Двое заместителей командующих армиями, генерал-майоры Андрей Суховецкий из 41-й армии и Владимир Фролов из 8-й армии, погибли в самом начале войны, в феврале-марте 2022 года. В июне 2022-го при атаке на построение личного состава был убит генерал-майор Роман Кутузов.

Начштаба 35-й общевойсковой армии Сергей Горячев погиб в июне 2023 года, он командовал отражением украинской контратаки в Запорожской области. В ноябре 2023 года в районе села Крынки погиб генерал-майор Владимир Завадский, он был заместителем командующего 14-м армейским корпусом.

В ноябре 2024 года во время атаки FPV-дрона был смертельно ранен генерал-майор Павел Клименко, командир 5-й отдельной мотострелковой бригады (бывшая бригада «Оплот» ДНР).

В июле 2025 при ударе по штабу 155-й отдельной бригады морской пехоты погибли как минимум шестеро офицеров, в том числе заместитель главнокомандующего ВМФ Михаил Гудков.

В списке погибших генералов также есть двое отставников: это Канамат Боташев, которого уволили из армии за то, что он разбил истребитель Су-27УБ; Боташев воевал в составе «ЧВК Вагнера», его штурмовик Су-25 сбили в мае 2022 года.

Приговоренный к 8,5 годам колонии генерал-майор МВД Андрей Головацкий погиб в июне 2024 года, он единственный известный генерал-заключенный, суд не лишал его офицерского звания.

Дата гибели военнослужащих указана в 137,9 тысячах сообщений. Количество потерь в день по этим данным едва ли отражает реальную картину, однако позволяет предположить, в какие дни бои были самыми напряженными.

Стоит учитывать, что данные последних недель — самые неполные, и могут сильно измениться в будущем.

В 149,7 тысячах сообщений упоминается возраст. Первые полгода войны, когда во вторжении участвовала регулярная армия без добровольцев, мобилизованных и заключенных, больше всего смертей было в группе 21-23 года.

Добровольцы и мобилизованные значительно старше: по своему желанию едут на войну после 30-35 лет, а мобилизуют тех, кто старше 25.