Потери России в войне с Украиной.
Сводка «Медиазоны»

К этой сводке мы добавили в поименный список больше 6 тысяч человек. Это не связано с текущей ситуацией на фронте, а связано с тем, что мы массово обработали посты о пропаже солдат и добавили тех, чья гибель подтвердилась по реестру наследственных дел и другим источникам.

Важно подчеркнуть: как и раньше, мы не считаем пропавших без вести. Все эти добавленные люди погибли и либо похоронены, либо признаны таковыми в отсутствие тела. Это такие же записи, как и остальные — просто публичный пост о розыске мы используем как источник для ФИО и данных о солдате и проверяем, не подтвердилась ли его гибель.

В собранных нами данных погибших в 2026 году по-прежнему относительно немного: сейчас у нас всего 6,6 тысяч карточек российских военных с известными датами гибели, умерших в этом году, и с момента последней сводки мы добавили 631 человека. Для сравнения: в 2024 году нам известно о гибели 95,6 тысяч, за две недели прибавилось 1 692 человека, в 2025-м — 59,7 тысяч, прибавилось 3 613 человек. То есть в нашей сводке потери этого года составляют очень малую часть.

Почему это происходит? Причин несколько, но все они сводятся к одной: изменился характер войны. Боевые действия ведутся в полосе, которую называют «серой зоной» или «килл-зоной», эвакуация тел с этой территории практически невозможна до установления полного контроля, а фронт движется все с меньшими темпами.

Задержка накапливается и с нашей стороны: некрологов так много, что мы не успеваем их обрабатывать.

Но основная причина в том, что гибель того или иного человека регистрируется со все большей задержкой. И чтобы показать, как это происходит, мы выбрали один из списков, опубликованных украинским проектом «Хочу жить».

Эта утечку проект выложил 17 апреля. В посте утверждается, что 5 007 фамилий — это заключенные, завербованные в российскую армию «в один из зимних месяцев этого года». Мы убедились, что как минимум 4 тысячи мужчин из этого списка действительно существуют, и далее работали именно с сокращенной версией утечки.

Первая проверка показала, что почти все эти люди были живы на 1 января 2026 года.

26 апреля мы первый раз сверили этот список с реестром наследственных дел и государственными базами данных. Эта проверка показала, что в 2026 году погибли 118 человек.

Вот результат следующей проверки 20 мая: количество подтвержденных смертей увеличилось на 80, причем большая их часть приходилась на январь — март.

Третья проверка, еще примерно через месяц, уже показала 352 погибших. Тенденция сохранилась: люди из списка «Хочу жить» погибали в январе-марте.

Последнюю проверку мы сделали накануне публикации сводки, 10 сентября. Теперь в списке погибших уже 807 человек, то есть каждый пятый от 4 тысяч.

В первые три месяца 2026 года погибли 682 человека, 84,5% от известных потерь — 81 в январе, 316 в феврале, 285 в марте. И только 125 человек (15,5%) погибли в мае-августе.

В наших данных, собранных по некрологам, из 807 человек есть только 112, то есть каждый седьмой — очевидно, что публичная информация о смертях появляется еще позже, чем официальная регистрация гибели.

Видно, что со временем график растет «вверх» — то есть в основном фиксируется смерть тех людей, кто фактически погиб еще зимой — в начале весны. Разумеется, собранные нами данные не могут быть окончательными, и мы ожидаем, что сведения о погибших из этого списка будут дополняться. Окончательную картину потерь мы вряд ли увидим раньше, чем через два года.

Как можно объяснить, что люди из этого списка вдруг начали массово умирать зимой 2026 года? Во-первых, нет сомнений, что эти люди точно погибли на войне. Из некрологов мы знаем, что их распределили в разные воинские части — например, 254-й мотострелковый полк, 15-я мотострелковая бригада, 5 мотострелковая бригада и другие. То есть невозможно связать эти потери с конкретным воинским соединением. Нет данных и про особенно ожесточенные сражения в январе-марте: интенсивность боевых действий не снижалась, но и не росла.

Самая простая версия: этих людей действительно завербовали в течение недолгого периода времени (необязательно за месяц, как это утверждает «Хочу жить»), после короткой подготовки распределили по штурмовым подразделениям, и бросили в бой. Относительно малая доля смертей после марта говорит о том, что большая часть этих людей либо погибли, либо были тяжело ранены, либо нашли способ покинуть ряды штурмовиков. А на их место пришли новые пополнения.

Подробнее о сложностях с выявлением актуальных потерь рассказывает в видеосводке редактор Дмитрий Трещанин.

Что известно о потерях с начала войны

Вот как распределены потери по российским регионам. Это абсолютные числа, которые не пересчитаны по населению или количеству военных частей — поэтому это носит иллюстративный характер.

На карте можно выбирать между общими потерями и потерями по родам войск, а также посмотреть, откуда были родом погибшие мобилизованные.

В большинстве случаев из сообщений о гибели или по косвенным признакам (форма или нарукавные знаки на фото) можно определить, в каких войсках служил погибший, либо — как он попал в армию (мобилизованный, доброволец, заключенный и т.д.)

Мы сравнили эти группы военнослужащих на отдельном графике.

С начала лета и по середину осени 2022 года основную тяжесть потерь несли добровольцы, что разительно отличается от ситуации на первом этапе войны: зимой и в начале весны наибольший урон понесли части ВДВ, позже — мотострелковые войска.

К концу 2022 года и началу следующего заметно выросли потери среди заключенных, завербованных в «ЧВК Вагнера». Из них формировали «штурмовые группы» для атаки на украинские позиции под Бахмутом.

В марте 2023 года заключенные стали самой крупной категорией потерь на войне. После штурма Бахмута случаев массового использования заключенных пока не было.

К сентябрю 2024 года добровольцы вновь стали самой крупной категорией среди погибших. Это связано с кумулятивным эффектом: к этому моменту вербовка в тюрьмах значительно снизилась; новой мобилизации пока не объявляли, а приток добровольцев не останавливался ни на день.

К 11 сентября подтвердилась гибель более 7,6 тысяч офицеров российской армии и других силовых структур.

Со временем доля офицерских потерь в общих потерях снижается. В начале войны, когда во вторжении участвовала контрактная армия, они составляли до 10% от списка погибших. К ноябрю 2024 года их доля сократилась до 2-3%: это связано с изменением характера боевых действий и с активной вербовкой добровольцев-рядовых, которые гибнут во много раз чаще, чем старшие по званию.

Погибшие офицеры в звании от подполковника за все время войны

На сегодняшний день официально подтверждены сообщения о гибели 16 генералов: пятерых генерал-лейтенантов, восьми генерал-майоров, двоих отставников и одного бежавшего в Россию генерала СБУ.

Замкомандующего Южным военным округом, генерал-лейтенант Олег Цоков погиб в июле 2023 года, он стал первым офицером в этом звании, погибшим за время войны. В декабре 2024-го взрывом в Москве был убит генерал-лейтентант, начальник войск радиационной, химической и биологической защиты (РХБЗ) Игорь Кириллов. В апреле 2025 года в подмосковной Балашихе погиб из-за взрыва автомобиля замначальника Главного оперативного управления Генштаба Минобороны генерал-лейтенант Ярослав Москалик. В декабре 2025-го в Москве при взрыве заминированного автомобиля был убит генерал-лейтенант Фанил Сарваров, он был начальником Управления оперативной подготовки российского Генштаба. 31 марта 2026 года при крушении транспортного самолета Ан-26 в Крыму погиб командир смешанного авиационного корпуса Северного флота Александр Отрощенко.

Двое заместителей командующих армиями, генерал-майоры Андрей Суховецкий из 41-й армии и Владимир Фролов из 8-й армии, погибли в самом начале войны, в феврале-марте 2022 года. В июне 2022-го при атаке на построение личного состава был убит генерал-майор Роман Кутузов.

Начштаба 35-й общевойсковой армии Сергей Горячев погиб в июне 2023 года, он командовал отражением украинской контратаки в Запорожской области. В ноябре 2023 года в районе села Крынки погиб генерал-майор Владимир Завадский, он был заместителем командующего 14-м армейским корпусом.

В ноябре 2024 года во время атаки FPV-дрона был смертельно ранен генерал-майор Павел Клименко, командир 5-й отдельной мотострелковой бригады (бывшая бригада «Оплот» ДНР).

В июле 2025 при ударе по штабу 155-й отдельной бригады морской пехоты погибли как минимум шестеро офицеров, в том числе заместитель главнокомандующего ВМФ Михаил Гудков. 1 августа 2026 года из-за взрыва на дне рождении генерал-полковника Александра Чайко погиб начштаба 49-й общевойсковой армии генерал-майор Валерий Плохотнюк.

В списке погибших генералов также есть двое отставников: это Канамат Боташев, которого уволили из армии за то, что он разбил истребитель Су-27УБ; Боташев воевал в составе «ЧВК Вагнера», его штурмовик Су-25 сбили в мае 2022 года.

Приговоренный к 8,5 годам колонии генерал-майор МВД Андрей Головацкий погиб в июне 2024 года, он единственный известный генерал-заключенный, суд не лишал его офицерского звания.

17 марта 2026 года в Херсонской области погиб генерал-майор СБУ Владимир Ляпкин. До февраля 2014 года Ляпкин возглавлял департамент в украинской спецслужбе, но после победы Майдана бежал в Россию. После начала войны он служил в оккупационной администрации Херсона, а потом перешел в отряд «Барс-33».

Дата гибели военнослужащих известна в 231,3 тысячах случаев. Количество потерь в день по этим данным едва ли отражает реальную картину, однако позволяет предположить, в какие дни бои были самыми напряженными.

Стоит учитывать, что данные последних месяцев — самые неполные, и могут сильно измениться в будущем.

Для 234,6 тысяч погибших известен возраст. Первые полгода войны, когда во вторжении участвовала регулярная армия без добровольцев, мобилизованных и заключенных, больше всего смертей было в группе 21-23 года.

Добровольцы и мобилизованные значительно старше: по своему желанию едут на войну после 30-35 лет, а мобилизуют тех, кто старше 25.