Огни Парижа. Что происходит с Петром Павленским, арестованным за поджог дверей Банка Франции
Елизавета Пестова|Александр Бородихин
Огни Парижа. Что происходит с Петром Павленским, арестованным за поджог дверей Банка Франции

Петр Павленский у Банка Франции. Фото: Capucine Henry / AP / ТАСС

После акции с поджогом дверей Банка Франции в Париже художник Петр Павленский и его соратница Оксана Шалыгина находятся под арестом. За это время Павленский успел объявить сухую голодовку и попасть в карцер. Адвокат акционистов и их друг рассказали «Медиазоне» о том, как один из самых известных российских художников живет во французской тюрьме.

Париж

В ночь на 16 октября российского художника Петра Павленского задержали в Париже: примерно в четыре утра он поджег входную группу здания Банка Франции на площади Бастилии. Вместе с художником задержана оказалась его соратница Оксана Шалыгина; к снимавшим акцию фотографам претензий у полицейских не было.

Серьезных повреждений здание банка не получило. В своем заявлении по поводу акции Павленский рассуждал о «всемирном пожаре революций», который должен смести «банкиров, занявших место монархов», и привести к «освобождению России». После задержания его отправили в психиатрический госпиталь префектуры полиции Парижа, а позже суд санкционировал арест обоих задержанных.

Представляющая интересы Павленского адвокат Доминик Бейрутер-Миньков говорит, что сейчас акционист находится в одиночной камере (isolement) тюрьмы Флери Мерожи (Fleury Merogis) в пригороде Парижа — крупнейшем пенитенциарном учреждении Европы, где также содержится Салах Абдеслам — предполагаемый участник террористических атак, потрясших Париж 13 ноября 2015 года. У Павленского нет никаких контактов с другими заключенными. «Он читает книги, которые ему друзья передали. Он не пользуется услугами тюремной библиотеки, поскольку у него сейчас есть, что читать. У него нет телевизора. Новости он узнает через тех, кто его посещает», — рассказывает адвокат.

Отпускать Павленского и Шалыгину на свободу не стали из-за отсутствия постоянного места жительства. Бейрутер-Миньков подчеркивает, что Петр и Оксана «не то, что "признали вину" — они рассказали о том, что произошло, во всех подробностях, определив это как художественную акцию».

Двое общих детей, с которыми они уехали из России, встречаются пока только с матерью: встречи продолжаются по 45 минут раз в неделю. По словам защитника, Павленский разрешение на посещение детей уже получил, но пока они не виделись. Социальным службам и органам опеки известно, что дети живут у друзей художника и ходят в школу.

В тюрьме Павленскому и Шалыгиной доступны услуги переводчиков. Сама Оксана неплохо понимает и говорит по-французски, а Петр изучает язык с момента приезда во Францию. Адвокат отмечает, что по подобным делам срок следствия обычно не превышает года.

Хотя в Банке Франции ранее говорили о намерении предъявить художнику иск о возмещения ущерба, пока никаких действий в этом направлении не предпринималось. Доминик Бейрутер-Миньков добавляет, что представители российского посольства в ситуацию с Павленским не вмешивались.

Тюрьма Флери Мерожи. Фото: Thibault Camus / AP / ТАСС

Первый огонь

В России первое уголовное дело против Петра Павленского возбудили в 2013 году после акции «Фиксация» на Красной площади (часть 1, пункт «б» статьи 213 УК, дело было прекращено). Следующее дело было возбуждено в 2014 году — после акции «Свобода»: рано утром 23 февраля художник и несколько его соратников привезли на Мало-Конюшенный мост в Петербурге автомобильные покрышки, бензин, металлические листы, палки, черный анархистский флаг и флаг Украины. Они подожгли покрышки и стали бить палками по железу, выражая таким образом поддержку украинскому Евромайдану. Всего акция продолжалась не больше 20 минут, после чего все ее участники были задержаны.

Вскоре было возбуждено дело о вандализме (часть 2 статьи 214 УК): следователи сочли, что своими действиями Павленский «осквернил мост». В апреле 2015-го расследование было окончено; Павленский отказался от амнистии, приуроченной к 70-летию Победы, и дело ушло в суд.

Однако судебный процесс в Петербурге был прерван: в четыре часа утра 9 ноября 2015 года Павленский провел в центре Москвы акцию «Угроза» — поджег вход в здание ФСБ на Лубянке. Павленского и корреспондентов, снимавших акцию, жестко задержали. Журналистов в итоге отпустили, а против художника возбудили второе дело о вандализме, которое позже переквалифицировали на часть 1 статьи 243 УК (повреждение объекта культурного наследия). Павленского арестовали, его избивали конвоиры в Московском городском суде, а пока шло следствие, суд признал художника виновным в вандализме за акцию «Свобода» и освободил из-под стражи из-за истечения срока давности.

Процесс по делу об «Угрозе» уложился всего в четыре заседания, во время которых сам Павленский не произнес ни слова. Суд признал акциониста виновным и назначил ему штраф — 500 тысяч рублей плюс 482 тысячи компенсации за поврежденную дверь.

В январе 2017 года стало известно, что Павленский и его соратница Оксана Шалыгина уехали из России, забрав с собой двух общих детей. Поводом для этого стала доследственная проверка по статье 132 УК (насильственные действия сексуального характера): актриса Театра.doc Анастасия Слонина написала на художника заявление о попытке изнасилования; сам он назвал ее обвинения «доносом». Дело в итоге возбуждать не стали.

Снова Париж

В мае 2017 года Павленский получил во Франции политическое убежище. После этого художник исчез из российской политической повестки.

Парижский друг Павленского и Шалыгиной, попросивший не раскрывать его имени, рассказал «Медиазоне», что они оба участвовали в акции с поджогом двери Банка Франции. По его словам, Оксана пыталась убежать, однако «ее засекли и схватили». Сам Павленский стоял у горящих дверей, не двигаясь, словно повторяя «Угрозу». После задержания акционистов увезли в полицейский участок; там они провели следующие 48 часов. И Павленскому, и Шалыгиной предъявили обвинения по статье 322-6 Уголовного кодекса Франции: повреждение имущества с угрозой для людей с использованием опасных или легковоспламеняющихся веществ (максимальное наказание по этой статье — до десяти лет лишения свободы и штраф до 150 тысяч евро).

Друг художника вспоминает, что не было известно даже, во сколько начнется заседание по мере пресечения; задержанные находились в полной изоляции. «За это время только мог быть с ним рядом адвокат, и она не имела никакого права разглашать информацию о том, что там происходит. Тем не менее, в прессу что-то попало, видимо, прокуратура сливала периодически какую-то информацию», — говорит собеседник «Медиазоны».

Вскоре Павленского доставили в парижский Дворец правосудия — исторический комплекс на острове Сите, где располагаются офисы прокуратуры, криминальной полиции и суды всех инстанций. Решение об аресте акциониста принимала судья Натали Тюрке. «В принципе, судья с неплохой репутацией», — замечает друг художника. Он добавляет, что Павленский был возмущен закрытостью процесса: на заседание пустили только адвокатов.

Тогда же художник объявил сухую голодовку, требуя гласности: «Петя говорит, что для него это неприемлемо. Он не сталкивался с таким нигде: у него было там несколько уже десятков таких заседаний в России, и они все были публичными». Собеседник «Медиазоны» говорит, что, согласно французскому законодательству, подобные процессы должны проходить в открытом режиме, однако в Париже этого не происходит «в силу каких-то аргументов, связанных с организацией, нехваткой мест, мерами безопасности и прочим». Журналистов на избрании меры пресечения Павленскому и рассмотрении его апелляции не было.

Петр и Оксана находятся в разных корпусах тюрьмы Флери Мерожи. Связи между ними нет; их адвокат ходатайствовала о предоставлении Павленскому и Шалыгиной права на телефонные звонки.

Банк Франции после акции Петра Павленского. Фото: Christophe Ena / AP / ТАСС

В тюрьме Павленский попал в карцер после инцидента с конвоиром. «Один из надзирателей попросил его отойти в сторону и пытался нажать на его плечо сильно, чтобы он сел, — рассказывает друг художника. — Петя его оттолкнул, просто чтобы дистанцию держать, и стал держать за плечо. Естественно, это никому там не понравилось, и решили его там поместить в карцер на 29 дней».

Карцер, по его описанию, представляет собой камеру метра полтора на три с умывальником, койкой и унитазом; за решеткой постоянно ходит надзиратель, «комфорт и чистота, ясное дело, относительные». На десятый день заключения Павленскому сказали, что его будут насильно кормить — отвезут в больницу и поставят капельницу. Художник подписал письменный отказ.

По словам друга Павленского, на 13-й день голодовки тому стало сложно вставать с кровати из-за головокружения, речь стала путаться; тогда художника повезли в больницу. «Связали руки и ноги наручниками и поставили ему капельницу. Потом сняли наручники. Он тогда выдернул эту капельницу... Там кровь пошла во все стороны, — рассказывает собеседник "Медиазоны" со слов художника. — Они пришли, привязали его к кровати, как в сумасшедшем доме, и он так лежал 24 часа с капельницей» После этого заключенный начал есть и пить, его состояние нормализовалось; художника поместили уже не в карцер, а «в изоляцию». «Это такая же комната, только без решеток, закрытая. Он один сидит, у него нет связи с другими заключенными», — описывает условия содержания акциониста его друг.

Изображение: фейсбук Оксаны Шалыгиной

Сейчас Павленский пытается разобраться в системе тюремного снабжения; арестанты могут покупать себе еду, шампунь, конверты и прочие товары. «Пару раз так или иначе вышло: талоны, которые он выписал на покупку еды, они приносили, потом он их отдал в неположенное время, в итоге деньги потерялись. Это тоже такая игра, борьба на износ. Он держится на износ. Говорит: "Я здесь, я знал, что после акции что-то будет. Ну, обстоятельства сложились так, значит буду дальше продолжать"».

По словам собеседника «Медиазоны», Оксана Шалыгина голодовку не объявляла, и в целом у нее «все более или менее нормально»; кроме того, она столкнулась с отсутствием в тюрьме жидкости для контактных линз. «Жалуется, что не то, что скучно… замкнутое пространство. Она была изолирована до 21 ноября, но потом подселили соседку. Похоже, у них не сложился особо контакт. Она уже не одна, но, если честно, уже жалеет, что не осталась одна».

Исправлено в 00:00 7 декабря. В исходной версии заметки приводилось ошибочное утверждение о том, что Павленского обвиняют по «административной» статье — в Уголовном кодексе Франции говорится о разных типах преступлений и правонарушений, а понятия «административное наказание» там нет. Предъявленные художнику обвинения по статье 322-6 УК Франции предусматривают до 10 лет лишения свободы. Также добавлена информация об уголовном деле за акцию «Фиксация» на Красной площади.

Оформите регулярное пожертвование Медиазоне!

Мы работаем благодаря вашей поддержке

Ещё 25 статей